Любят только раз

 — Да можешь ты побыть серьезной хотя бы минуту?

— Если я стану серьезной, лорд Монтьет, нам с вами не избежать неприятностей.

Он заглянул в ее загадочные темно-голубые глаза. Боже правый, сколько тайн скрыто за этой невинной оболочкой.

Реджи прошла на середину комнаты, а когда снова обернулась, на ее губах уже играла лукавая улыбка, а в глазах вспыхивали искорки смеха.

— Это мой второй сезон. Мне приходилось видеть и более дерзких мужчин, — заметила она.

— Не верю.

— Что существуют мужчины, подобные вам?

— Нет, что это второй сезон. Вы замужем?

— Вы полагаете, мне следует быть замужем, так как я уже два года выезжаю в свет? Увы, должна вас огорчить. Несмотря на все старания родных, они не могут найти подходящего жениха. Все это крайне утомительно, смею вас уверить.

Николас засмеялся:

— Как жаль, что в прошлом году я вынужден был поехать в Вест-Индию по делам. Иначе я бы встретился с вами.

— И просили бы моей руки?

— Я бы сделал предложение… другого рода. Реджи вспыхнула:

— Вы забываетесь, сэр. Это непростительная дерзость с вашей стороны.

— И все же я не так дерзок, как хотел бы быть. Он действительно опасен, этот красивый, порочный обольститель. Почему же тогда она не боится оставаться с ним наедине? Рассудок давно уже твердит, что ей следует быть осторожнее.

Затаив дыхание, она смотрела, как он подходит к ней. Реджи не двинулась с места, и он улыбнулся. На нежной шее у нее пульсировала тоненькая жилка, и ему ужасно захотелось прикоснуться к ней губами.

— Интересно, вы на самом деле так невинны, как кажетесь, Регина Эштон?

Твердо решив не поддаваться чувствам, она холодно произнесла:

— Зная мою семью, лорд Монтьет, вы не должны были бы в этом сомневаться.

— А почему же вы не чувствуете себя оскорбленной? Я вас похитил, отвез в свой дом. — Он внимательно изучал ее лицо.

— О, мне это показалось забавным, — призналась Реджи и добавила:

— Конечно, я боялась, что дядя Тони узнает, кто меня увез, и разнесет ваш дом прежде, чем вы вернетесь. Вот был бы переполох! Такой секрет не удалось бы долго сохранить, вам пришлось бы на мне жениться. И это было бы ошибкой. Мы совершенно не подходим друг другу.

— Вы так считаете? — спросил Николас, явно заинтересованный.

— Разумеется! — воскликнула она с наигранным ужасом. — Я буду любить вас как сумасшедшая, а вы тем временем будете продолжать распутную жизнь и разобьете мне сердце.

— Вы совершенно правы, — вздохнул он, продолжая игру. — Из меня получится никудышный муж. Особенно если меня силой притащат к алтарю.

— И вы не согласились бы на это, даже погубив мою репутацию?

— Нет.

Ей совсем не понравился его ответ. Николас и сам был недоволен своей откровенностью. Янтарные глаза стали еще ярче, как будто в них вспыхивали золотые язычки пламени.