Мертвый остров

В ней что-то гудело и металась мысль: зачем? Зачем Буффаленок организовал побег Царю? Позже в черепную коробку проникла вторая мысль: щенок! Ах, щенок! Не посоветовавшись, не предупредив! И кого отпустил – убийцу Голунова! Несколько секунд сыщик молчал, сдерживая гнев, потом сказал сиплым голосом:

– Фе… Фридрих, скотина! Догнать пароход можно? «Крейсерок» на рейде.

– Нет. Они уже на Мацмае.

Скрипя зубами, сдерживая душившее его бешенство, Лыков прошелся по столовой. Что делать? Самоуверенный молокосос! Отпустил Царя!!! Он повернулся к Фельдману:

– Идите. В отношении вас мною будут взяты меры ко взысканию.

– Слушаюсь.

Донельзя расстроенный, коллежский регистратор удалился. Лыков накинулся на Ажогина:

– А ты куда смотрел?

– Он же германец! – ответил тот.

– И что?

– Германец нашего брата завсегда вокруг пальца обведет! Потому – хитрая нация! Он Царя все энто время здесь скрывал, в бане. Пока ваше высокоблагородие его по окраинам искали. Шельма!

– Понятно. Неси нам с германцем бароном Таубе водку, закуску и чай. После этого не входи, пока не позову. Буду думать, как генералу объяснение писать…

Когда они остались вдвоем, Виктор сказал вполголоса:

– Ай да Федор! Он гений, я всегда это говорил!

– Ты что, смеешься надо мной? Ратманов своим мальчишеским решением, ни с кем не советуясь, вывез с каторги самого опасного здесь человека! Понимаешь? Самого! Из всех шести тысяч каторжных! Это же… самоуправство!

– Самоуправство, – согласился Таубе. – Для пользы дела. А Царь – лучшее прикрытие. Лучше не бывает! Такой побег войдет в историю Сахалина, о нем много лет в кандальной рассказывать будут. Стащить паспорта, сесть на пароход и уплыть с каторги пассажиром! Согласись, это гениально!

– Но…

– Подожди, дослушай меня до конца. Ты сейчас расстроен и потому несправедлив. Федор сам, без меня или тебя, мастерски решил главную свою задачу – легендирование побега. Царь – чудовище, это зверь такого масштаба, что никому и в голову не придет усомниться в легенде. Гезе может теперь осесть где угодно. И все будут знать: это тот, кто сделал побег Артамону Козначееву. Хитрый, ловкий Фридрих Гезе.

– Как ты не поймешь?! – взвился Лыков. – Царь – непомерная плата за вашу легенду! Он убил Голунова! Он убил множество других людей! И еще немало убьет, потому что это удобно Федьке!

– Никого он больше не убьет, – спокойно ответил Таубе.

– Как так?

– Ну очнись уже. Ты что, Федора не знаешь?

– И что?

– Сам рассуди. Твой Царь нужен ему только на первое время. Для легенды. Фигура последнего хорошо японской разведке известна, ведь так?

– Так. Он должен был стать главным во всей партии. Будущим резидентом. Покойный Такигава говорил, что у него задатки вождя.

– Вот! – обрадовался барон.