Не испытывай мое терпение

— Он сказал, что женится на мне лишь с одной целью — затащить в постель, — вспомнив, как все это происходило, я вновь испытала стыд, а еще злость. — Что еще мне нужно услышать?"

"— Не верь всему, что говорят мужчины. Ты же не помнишь, как вышла замуж за Валида? — я мотнула головой, не понимая, к чему клонит Лея. — Если бы он хотел с тобой просто переспать, зачем нужно было бы усложнять себе жизнь? И необязательно было бы делать так, чтобы ты об этом помнила, — после ее заявления меня немного повело. А вдруг?.. Было или нет?.. — Он бы так никогда не поступил, Ясмина, — догадалась она о моих подозрениях. — Валида иногда хочется стукнуть чем-нибудь тяжелым из-за его упрямства, неуступчивости, властности, но чего у него не отнять — благородства. А теперь иди в ванную, а то заболеешь, а мне потом с твоим мужем объясняться.

Я перестала обращать внимание, что она вновь назвала Дикого моим мужем. Лея с таким вдохновением и восхищением о нем говорила, что я вновь вспомнила нашу первую встречу: его темные глаза, наполненные тревогой и нежностью, ласковые руки, заботу и тепло в каждом звуке красивого голоса.

Я запуталась. Образ, который создал Антон, так прочно въелся в мою голову, что я не знала, во что верить.

Приняв ванну, я постирала белье и развесила на батарее. Вышла в спальню в одном полотенце. Хорошо, что никого не было. На большой двуспальной кровати лежали в коробочках две пары новых трусов, футболка, спортивный костюм, носки, тапочки и даже фен. Чужая забота была приятна. Взгляд постоянно останавливался на постели.

Интересно, а он водил сюда женщин? Почему-то мне стало неприятно от этой мысли. Спасть в этой кровати не хотелось. Хотя какое мне дело до любовниц Чехоева?

Быстро одевшись и высушив волосы, спустилась вниз.

— Уже искупалась? — в гостиной сидела Лея и пыталась вязать. Видно было, что она это делает впервые. Я успела заметить, как напрягалось ее лицо в те моменты, когда она выводила петли. Я сама тоже не большая мастерица, но часто наблюдала за мамой, обожающей рукодельничать.

— Да. Твой супруг попросил меня спуститься, хочет о чем-то поговорить.

— Пойдем, провожу в кабинет. Сейчас тебе Петр принесет отвар. Врача я уже вызвала, он скоро подъедет.

— А ты чем занималась? — кивнула я на моток пряжи и большой крючок.

— Не верь, когда тебе говорят, что лучший подарок тот, что сделан своими руками. Если я все-таки довяжу этот плед, то кроме как собакам никому его не смогу отдать.

Самокритично.

Мне нравилась эта девушка: прямолинейная, веселая, уверенная в себе.

— Самир, не занят? — заглянула она в кабинет без стука.

— Входи, Лисичка, — это прозвучало так нежно, что я немного позавидовала.

— Я не одна, к тебе Яся, — она отошла в сторону, пропуская меня в большой, отделанный красным деревом кабинет.