Неудержимый. Книга XXXI

Вот он, шанс!

— А-а-а-а-аа-а! — Я заорал, но не от боли, а от ярости.

Вскинув руки, я активировал дар «управления металлами», нацелившись на рабский ошейник. А какие ещё были варианты? Рук я лишился, зубами не доставал, да и силы физические были на исходе. Держался в сознании лишь благодаря дарам «исцеления» с радужными рунами, которые когда-то установил к кости рук.

Толстый и плотный ошейник поддался не сразу, но чем больше я прилагал усилий и энергии, тем быстрее он начал поддаваться моей силе. Как только его начало корёжить, мощный заряд электричества пронзил оба наших тела.

— Ра-а-а-а-а! — Вельстрайд зарычал, выдернув из меня свою лапу.

— Куда ты собрался! — рыкнул я, цепляясь к нему «волшебными нитями».

Шикари в последний момент подарил мне надежду! А ярость, которой я воспылал, дала вспомнить, что зверь здесь не он, а я!

Вельстрайд бросился куда глаза глядят. Вернее, он просто пытался сбежать, чтобы безумная регенерация помогла залечить ему столь глубокие раны.

— Стой, подонок! — рычал я, продолжая корёжить стальной ошейник.

Электрические заряды не прекращались ни на секунду. Жаль, что через «радар» я не смог увидеть, как корёжило ублюдка изнутри. Слишком уж его силуэт оказался огромным.

— Не уйдёшь! — проревел я, с каждой секундой добавляя всё больше нитей, цепляясь ими за все его конечности.

Ошейник гремел, искрил, жужжал. Казалось, что я нашёл его ахиллесову пяту и теперь мог прикончить зверя.

— Нет! — послышался голос Вельстрайда.

И меня словно в очередной раз током прошибло. Зверь! Он же обычный зверь, который умеет разговаривать! А что если…

Додумывать я не стал, сразу же активировав дар «царя зверей». Если ошейник не сможет поджарить ему мозги, то это должен сделать я!

Как только я активировал дар царя зверей, всё вокруг погасло. Безграничная живая тьма поглотила меня. Воздух будто сгустился, уши заложило, а внутри черепа я отчётливо услышал бешеное сердцебиение, и уже было непонятно, оно моё или же это сердце Вельстрайда.

Я не сразу понял, что оказался внутри разума зверя. А когда осознал, передо мной развернулась безумная панорама. Полчища теней танцевали на каменных стенах. Изломанные, они падали замертво под мощными ударами одной, которая находилась в самом её центре.

Гигантский чёрный зверь с выколотыми глазами отбивался от них что было сил, но новые тени появлялись вновь и вновь. Они самоотверженно бросались на него в атаку, стараясь нанести хотя бы чуточку урона, сделать его слабее, продавить оборону числом. Вот только он их всех прекрасно видел даже без глаз. Каждая атака заканчивалась для них поражением.

Я чувствовал свирепую ярость, бешеную, первородную, и в то же время я чувствовал нотки отчаяния. Зверь слишком сильно устал, он уже израсходовал практически все свои силы.