Невозможный Роман

- Может быть, ее в больницу надо? - стоял на своем Роман.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Не надо! – похлопал его по плечу мужчина, - обычная ангина. Нормальный уход – и скоро все пройдет.

«А кто ей этот уход обеспечит?» – хотелось заорать Полякову, но он смолчал. Его план был прост: дождаться, когда у Глаши спадет температура, и разузнать у нее о близких. Родителях, там, друзьях… В общем, всех тех, кому он сможет с чистой совестью перепоручить заботы о её здоровье.

Укол, который Аглае все же вкололи, подействовал быстрей, чем таблетки. Глаша, кажется, пришла в себя и, подтянувшись на подушках, обвела комнату уже намного более осмысленным взглядом.

- Ну, слава богу! – вздохнул Роман.

- Роман Георгиевич? – моргнула Глаша… Покраснела, побелела, видимо, вспомнив о его утренних подвигах, и вновь опустила взгляд на сцепленные поверх одеяла руки. – А вы почему здесь? – добавила почти шепотом.

- А на кого ты мне прикажешь тебя оставить?

Агаля повела плечом.

- Родители?

Глаша закусила губу и покачала головой из стороны в сторону.

- Любовник?

Еще более отчаянное мотание.

- Друзья?! – не терял надежды Роман, но ведь должен же быть у нее хоть кто-то близкий?

Развенчивая его мечты, Аглая вновь покачала головой и решительно заявила:

- Мне не нужна помощь. Я сама со всем отлично справляюсь.

- Ага. Видел я… - вздохнул Поляков, зарываясь рукой в волосы на макушке. – Ты чуть дуба не врезала! А если бы я не приехал?

- От ангины еще никто не умирал, - запыхтела Глаша. – И вообще… Не считайте, что чем-то мне обязаны после того, что случилось… утром.

- В смысле? – насторожился Поляков.

- Ну, вдруг вы решите, что я вас в чем-то виню, и все такое… - пробурчала Аглая и, вновь скатившись с подушек, закрыла глаза.

- А вы, значит, не вините? – искренне заинтересовался Поляков. Не то, чтобы его интересовала реакция Глаши… Да боже, кого он обманывал?! Очень интересовала! Очень. Он вообще был не прочь повторить. И посмотреть, что из этого выйдет. Когда-нибудь потом, когда Аглая поправится. Проверить, так ли хорошо ему будет, как было утром, когда он думал, что это сон…

Ну, вот он и признался. Дерьмо.

- Нет. Вы не виноваты. Это полностью моя вина!

- Серьезно?

- Угу. Видите ли… я же не знала, что это вы! Последний человек на планете, с которым я хотела бы оказаться в постели.

Так! Минуточку! Постойте… Это он-то последний мужчина? Роман даже головой тряхнул от такой наглости. Как боксер после пропущенного апперкота.

- Вот, значит, как? То есть… секс со мной вас совсем не прельщает?

- Отнюдь.