Однажды я выберу тебя

«Да я не смогу там просидеть и гребаной секунды».

Фейт скорчила гримасу и пожала плечами.

– Тебе придется найти другой способ добиться желаемого, милый. Я буду здесь. Ну, не в этой квартире. Я вернусь в свою – невзрачную, тесную, вызывающую клаустрофобию, – пояснила она, выжидающе изогнув брови. – Но я тебя не брошу. Если понадобится прийти на ужин, торжественное открытие или просто появиться на публике, я не подведу. Без особой радости, но я все сделаю. Чтобы дать тебе время.

– Спасибо, Фейт, – проговорил я и обнял ее. Она удивленно застыла, а потом тоже меня обняла.

– Вау. Я много месяцев ждала, когда же ты прижмешься ко мне обнаженной грудью. Но стоило этому, наконец, случиться, как мы расстались.

Я улыбнулся ей в волосы.

– Я куплю тебе квартиру получше.

– Да? Мило с твоей стороны, – проговорила она, мурлыча, словно довольная кошка. – Ну, раз уж ты предложил… в районе Королевы Анны? Большую, но не слишком.

– Какую захочешь.

– О, милый. – Она крепче прижала меня к себе. – Ты тоже бери, что хочешь. Он хороший парень, этот Макс. И горячий. Знаю, ты уже заметил. Нельзя не понять.

– Я не… Я ничего не знаю.

– Может, и не нужно ничего знать. Просто иди и будь с ним. Пусть все само прояснится. – Она приложила губы к моему уху и прошептала: – Но не отпускай его. – Фейт потрепала меня по щеке и поднялась на ноги. – Пойду собирать вещи. Не хочу быть здесь, когда ты приведешь Макса и начнется секс-марафон. Разве что разрешишь мне посмотреть? – Она поиграла бровями.

Я закатил глаза и устало рассмеялся, хотя и вновь ощутил реакцию тела.

Что-то напевая себе под нос, Фейт направилась в спальню.

– Да, кстати, о Максе. Я бы не давала милому папочке читать последние новости «Общественности Сиэтла».

– Не напоминай, – пробормотал я, глядя в огонь.

Я посидел еще несколько минут. Голова моя, сердце, да и все тело никак не могли прийти в согласие, и это чертовски выматывало. Сегодня воскресенье. Никто меня не ждал. Я мог бы немного поспать. Исчезнуть.

Я доплелся до гостевой спальни, стянул все еще мокрые трусы и забрался в кровать. И почти сразу же провалился в сон.

Когда я снова проснулся, уже наступила ночь. В пентхаусе стояла тишина. Достав из комода чистое белье, мягкие брюки и футболку, я оделся и пошел в главную спальню. В шкафу висели пустые вешалки. Выдвижные ящики, если бы я потрудился их открыть, тоже оказались бы свободны. На кровати – теперь уже моей – валялась груда смятых шелковых простыней, пропахших женскими духами.

Я вернулся в гостиную и нашел телефон в кармане пиджака. Макс прислал сообщение.

Надеюсь, ты в порядке. М

В груди разлилось тепло, и я закрыл глаза. Но я не мог ответить. Не сейчас. Мне нужно рассказать ему об Аляске, о своем прошлом, о вчерашнем вечере… Обо всем. Но сделать это лично.