Опекун для дочери бывшей. Часть 2

— Что же ты наделала? Нужно было дождаться Кирилла и все объяснить и только потом принимать какие-то решения.

— Нет. — Надя в ужасе дернулась. — Не могу… не хочу, он не поверит…

— Ну откуда ты знаешь?

Надежда лишь закусила губу, ответа у нее не было. Не дала Киру даже шанса поверить ей. Испугалась и растерялась, а сейчас только усугубила ситуацию.

— Ладно. — Нина Павловна нежно улыбнулась, для нее все было очевидно. — Утро вечера мудренее. Пойдем, провожу тебя, а то заблудишься еще.

— Спасибо, но не нужно. — Надя отрицательно покачала головой. — Я помню, куда идти.

— Точно?

— Да.

— Тогда до завтра?

— До завтра.

Надежда вышла из машины, надела рюкзак и направилась к подъезду. Нина Павловна проводила ее взглядом и дождалась, пока скроется за дверью. Покрутила в руках телефон, думая, стоит ли перезванивать Кириллу, но все же не стала и отложила в сторону. Как бы то ни было, до утра подождет. Заодно все остынут.

Плавно нажав на педаль газа, она выехала со двора и направилась домой.

* * *Надежда опасливо поднялась на второй этаж и остановилась в нерешительности около нужной двери. Не была здесь много лет и с удивлением обнаружила, что ничего принципиально не изменилось.

Те же исписанные стены, та же обшарпанная дверь, тот же заедающий замок. Она словно вернулась в прошлое, только маму уже не вернуть.

Набрав в легкие побольше воздуха, чтоб не разреветься, Надя надавила на звонок. Ответа не последовало. Тогда она надавила еще раз, а затем еще, но результат был тот же. Глупо было надеяться, что ее здесь ждут с распростертыми объятьями.

Решившись, Надежда нажала на ручку, та без труда поддалась, и дверь открылась. Надя осторожно переступила через порог и осмотрелась, попав в длинный коридор с многочисленными дверями и заканчивающийся общей кухней, из которой отчетливо слышались нетрезвые голоса.

Встречаться с их обладателями совсем не хотелось, и Надя зябко повела плечами.

Обычная коммуналка, но в детстве она не казалась такой убогой и страшной. Потому что Надежда была не одна. Рядом с мамой нечего было бояться, а теперь придется учиться самой о себе заботиться. Никто больше не защитит и не поможет. Надеяться осталось только на себя.

— Святы боже, Любка, ты, что ль?

Скрипучий голос резанул по нервам и заставил вздрогнуть.

Надя резко обернулась на звук и увидела невысокого роста женщину явно в нетрезвом состоянии. Колючие мурашки поползли по позвоночнику, а в груди загорелось отчаянное желание сбежать без оглядки из этого притона, но Надежда не позволила себе этой слабости и осталась стоять на месте, лишь сжала кулаки, чтобы не выдать дрожь в руках.

— Здравствуйте, — нервно сглотнула. — Я Надя, Люба моя мама.

— Ну слава богу, — загоготала женщина. — А то я уже испугалась, что у меня белка. Вы так похожи.