Открытая книга

А кстати, Татьяна Петровна, я хотел вас спросить: что это он вдруг замолчал?

— Как замолчал?

— Да очень просто! Скажет два слова и молчит.

— Не знаю, не замечала. Что же, вы полагаете, нужно изменить в нашем плане?"

"— Изменить? Ровно ничего. Но если бы вам удалось связать его с характерным направлением, которым отличается именно наш институт, — это было бы превосходно.

Я промолчала.

— А вы не думаете, что Мерзляков ставит перед собой скорее физиологическую, чем микробиологическую задачу? — продолжая просматривать мой план, спросил он. — Влияние сна на воспалительную реакцию.

— Например?

— Не знаю. Надо подумать. Татьяна Петровна, а почему бы вам не заняться…

Крепко сжав за спиной маленькие ручки, он расхаживал по кабинету, и настоящая страсть — или я ошибалась? — звучала в его голосе, когда он убеждал меня в том, что все лаборатории нашего института должны соединить свои усилия, чтобы создать всеобщую теорию иммунитета.

— Может быть, еще чаю? — спохватившись, спросил он.

Я поблагодарила и отказалась.

— А хорошо все-таки, что мы больше не ссоримся. И все-таки, скажу откровенно, я вас еще не совсем понимаю. Ну вот, скажем, откуда взялась в вашем плане зеленая плесень? В свое время вы занимались влиянием плесени на светящиеся вибрионы — безуспешно, если я не ошибаюсь. И тогда она вызывала у меня, извините, представление о задворках науки. Ведь на задворках, — мягко прибавил он, — обычно пахнет плесенью и валяется мусор.

Это было несправедливо хотя бы по той причине, что плесень стояла среди необязательных тем.

— Не знаю, что вы хотите сказать вашим замечанием, Валентин Сергеевич. Мне-то всегда казалось, что в науке нет и не может быть ни задворок, ни парадных ходов. Вероятно, шлифование стекол тоже считалось задворками науки во времена Левенгука! Что касается плесени…

Он остановил меня, улыбаясь:

— Знаете, Татьяна Петровна, есть у австралийцев этакая кривая палка, которая возвращается обратно, куда ее ни забросишь. Называется — бумеранг.

— А кто именно? Это было опубликовано?

Крамов задумался:

— Постойте-ка… Где же я об этом читал? Нет, не могу припомнить. Татьяна Петровна, да ведь нельзя же к этому относиться серьезно!

— Валентин Сергеевич, мы недавно начали эту работу и уже успели убедиться в том, что плесневый грибок подавляет рост некоторых стрептококков.