Пари с мерзавцем

На скулах играли желваки, руки в карманах сжались в кулаки, но, несмотря на это, голос с него был ровный:

— Без проблем, — достал телефон, набрал пароль, показал файл распорядителю, потом чуть ли не ткнул мобильником Меранову в нос.

Захар только головой кивнул, чтобы я ближе подошла:

— Это?

Я с опаской шагнула к Гордееву, чувствуя, как он прожигает меня лютым взглядом, быстро посмотрела на экран и, увидев знакомую картинку, тут же отступила.

— Да, это оно.

— Удаляй.

Ден демонстративно нажал кнопку удалить, поднял телефон над головой, показывая пустую папку.

— Доволен?

— У тебя еще эта запись есть в почтовом архиве, — выпалила я, за что была удостоена очередного пылкого взора.

— Мухлюет, — громко произнёс Волшин, который стоял неподалеку и все записывал на телефон.

Снова поднялся гомон.

— Мы не любим, когда мухлюют, — вмешался распорядитель, — правила для всех равны.

— Просто забыл, — Ден снова начинал злиться, но ему приходилось держать себя в руках. Терять маску непоколебимого кумира очень не хотелось. Один раз слетит — обратно не натянешь.

— Удаляй, — Захар, все так же тяжело дыша, цедил сквозь зубы, по слогам, — иначе я подумаю, что ты пытаешься увернуться от обязательств. И планируешь снова потянуть свои лапы к Осиповой, когда рядом никого не будет.

— Ничего к ней не потянется. Все. Удалил. И в почте, и в облаке, и с телефона. Отовсюду, — он жестко тыкал пальцами по экрану, удаляя компромат на меня, а затем посмотрел в мою сторону, — Радуйся, Оса. Ты свободна.

Ты свободна.

Эти слова гудели в ушах, затмевая собой все остальное.

Свободна.

Надо выдохнуть, но у меня не получалось. Я просто не могла поверить, что, наконец, все закончилось.

Дальше я не могла ни слушать, не смотреть. Мне срочно нужно было оказаться одной, без всех этих любопытных, жадных до чужих драм взглядов, без слов, которые я даже не понимала.

Свободна…

Я отступила. Попятилась. Все дальше и дальше просачиваясь в толпу. Кому-то наступала на ноги, кого-то бессовестно толкала локтями, что-то лепетала в ответ, не в состоянии разобрать чужие лица. Кто-то пытался меня удержать, хватая за руки, я лишь вырывалась и продолжала свое отступление, пока не оказалась у пикапов, выполняющих роль ограждения.

Пошатываясь из стороны в сторону, прошла между ними, упираясь ладонями на еще теплые капоты. Мне просто нужна была опора. Хоть что-то, иначе просто сползу на землю, как съехавший с крыши сугроб."

"Сделав еще несколько неуверенных шагов, я зашла в густую тень. Остановилась. Обхватила себя руками, пытаясь отдышаться, осознать, прийти в себя. Только не получалось. Перед глазами все еще стояла последняя гонка, я все еще слышала рев моторов и оглушающе-тихое «ты свободна».

Мне было страшно.