Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона (СИ)

Я опустил руки, злясь и на себя, и на неё. Надо же было создать такую связь! Да ещё и при этом смотреть на меня невинными глазами!

— А что сработает? — спросил я, пожалуй, слишком резко. Роника хоть и не умела читать мысли, а смутно поняла, что со мной творилось. Вид у неё сделался грустный и виноватый.

— Я правда не знаю, но…

— Погоди, — я жестом остановил её оправдательную, как был уверен, речь, — может, тебя надо как-то подтолкнуть? Что ты чувствовала, когда подходила ко мне-чудовищу в оковах? Страх, азарт, радость, что твой план исполнился? Что из этого было, Роника?

Магия белых драконов не связана с чувствами и эмоциями. Она — как данность. Но вдруг у пришелицы из другого мира, у человека всё иначе? Я ждал.

Роника наморщила лоб — видимо, пытаясь вспомнить."

"— Наверное, всё вместе. Мне и страшно было, и хотелось посмотреть, каким вы будете, — судя по разлившемуся по щекам румянцу, Роника вспомнила что-то такое, о чём не хотела говорить. Неужели мечтала, что из оков вылезет прекрасный принц в золоте и серебре, свистнет волшебного белого скакуна, и они с Роникой вместе умчатся вдаль, поднимая клубы дыма и ошеломив стражу?.. Меня позабавила эта мысль. Хотела принца, а получила чудовище. Да, и такое бывает.

— Тебя надо сильно напугать, но не так, как это сделал Замок-Артефакт, — задумчиво произнёс я, — а чтобы сохранилась воля к борьбе. Хорошенькая задачка!

Роника вскинула на меня растерянный взгляд. — Меня не надо пугать! Дэйнхар, послушайте, — она потеребила ленточку на шее, — мои страхи, мои радости… они не имеют никакого значения.

— Вот как? — Я нахмурился, чувствуя неладное. — Тогда в чём же дело? Если у тебя есть догадки, расскажи мне о них.

Роника набрала воздуху так, словно готовилась к прыжку в ледяную воду.

— Есть, но они вам не понравятся.

— Что же я могу услышать такого ужасного? — Пряча за усмешкой тревогу, прислушался к мыслям девушки. Они метались, как пёстрые птицы в запертой комнате — и не ухватишь ни одну.

— Например, то, — у неё хватило смелости посмотреть мне в глаза, — что я вообще не накладывала на вас чары. Это не моя магия, Дэйнхар. Нить появилась… сама.

Какое-то время я молча смотрел на неё. Думал, прикидывал, сомневался. Это каким же коварством должна обладать простая человеческая девчонка, чтобы пытаться обмануть дракона? И тут в сознание просочилась её отчаянная мысль: «Это правда! Я уверена, что правда!»

Я бы так и мешкал, не зная, что делать, не постучи в дверь Эллейн. Впустил её и обнаружил, что в лапках у мыши какой-то клочок пергамента, а за спиной у меня слабо, но возмущённо вскрикнула Роника.

— Простите, волшебница, — кротко извинилась мышь-смотрительница. — Господин Дэйнхар велел мне говорить обо всём подозрительном. А вы спрятали в своей постели письмо.