Принцесса морей

Вы же сами знаете, дорогой, как в Англии сейчас туго с деньгами. Золото Грамона позволит нашему повелителю выиграть войну и раз и навсегда поставить зарвавшегося Людовика на место. Действуйте, дорогой мой, действуйте! Я лично сообщу о вашей роли во всем происшедшем его величеству. Он может пожелать наградить вас. У короля сложный характер, но он не забывает тех, кто верно ему служит!

– Я не сомневаюсь, – сказал Блэйк. – Беда в том, что я не знаю, с чего начать. Все, что у меня есть, – это половина той злосчастной карты и кое-какие догадки.

Прежде чем дать ответ, герцог Олдингтон разгладил свои каштановые усики.

– Но у вас еще есть мисс Мэнсфилд, – напомнил он. – А что, капитан Джек правда ею очень дорожит?

Блэйк почесал подбородок. Лично он склонен был думать, что ни одна женщина не выдержит сравнения с Габриэль де Сент-Илер, но, в конце концов, Джек Осборн мог считать иначе. Потом ответил осторожно:

– Думаю, да.

– А у Джека Осборна находятся обе половины карты Грамона? – продолжал герцог.

– Скорее, у одного из его друзей.

– А, несущественно, – отмахнулся Олдингтон. – Эшафот на площади стоит до сих пор? Вот и прекрасно, пусть его не разбирают.

– Вы что-то задумали? – напрямик спросил Блэйк.

Герцог кивнул.

– Я велю везде объявить, что завтра на заре вместо бежавшего Джека Осборна будет повешена его подружка. Но, впрочем, я могу и помиловать ее – при условии, если капитан Джек придет ко мне… скажем, не позднее полуночи… и принесет карту семи островов. Он поймет.

Артур Блэйк молча смотрел на своего приятеля.

– Вы и впрямь верите, что Осборн способен добровольно явиться, если вы пригрозите лишить жизни его женщину? Да ведь он пират! Джек лишь посмеется и завтра утром уже скроется из Порт-Ройяла."

"– Посмотрим, посмотрим… – отвечал герцог Олдингтон. – Любовь, как сказал один поэт, приводит в движение землю и прочие звезды.[33] Вот мы и проверим, на что пират Джек Осборн способен ради своей любви, а вас я прошу принять все меры к тому, чтобы Луиза Мэнсфилд не сбежала от нас, как это уже произошло с самим Джеком.

– А если он не явится? – внезапно спросил Блэйк. – Вы и впрямь велите повесить ее?

– Мой дорогой, – отвечал герцог со снисходительной улыбкой, – для пиратов у нас закон един, вне зависимости от того, какого они полу. Луиза Мэнсфилд – пиратка, и ее место на виселице. Капитан Джек – тоже пират, по которому давно плачет веревка. Как только карта будет у нас, я велю повесить их обоих.

– Но… – начал Блэйк.

Губернатор остановил его легким жестом украшенной перстнями руки.

– Да-да, дорогой. Конечно, вы от моего имени объявите повсюду, что я дам им обоим уйти. Потом, разумеется, я разъясню, что вы не имели права давать подобных обещаний, так что все приличия будут соблюдены.