30
0Почему она оказалась парией в собственной семье и в клане? Дети это чувствуют интуитивно. Маша попробовала прогнать непрошеные воспоминания, к горлу подступил ком. Когда она сама осознала, что Лиду не любят родители?
Года в четыре из-за ее сбитых об асфальт коленок отец ударил Лиду по щеке. Мама даже не заступилась за старшую дочь. Она просто взяла и унесла маленькую Машу в ванную обрабатывать ссадины. Помнится, следом примчался и суетился отец, дул на вавки, пытаясь отвлечь. А из кухни слышались бабушкины причитания, как же такая взрослая девка не смогла уследить за ребеночком.
Уставший мозг тут же переключился на бабулю. На ее руки, обнимавшие по каждому поводу и без. Маша всхлипнула, отогнав мысли о своей загубленной судьбе. И заснула.
Ей снились Лида, родители и бабушка. Даже во сне отец прогонял старшую дочь, а она тянула руки и звала ее, Машу."
"Потом вдруг стало тепло и спокойно. Словно развеялись злые чары. Она тихонечко позвала сестру. Раз, другой. Сильные руки развернули ее, потормошили.
– Мэри! Пожалуйста, проснись!
Только один человек на всем земном шаре звал ее Мэри. Лет в двенадцать это считалось шикарным, в двадцать – вошло в привычку. Сейчас, через два года разлуки и предательства, казалось просто глупым и отвратительным.
Маша мгновенно проснулась и, открыв глаза, сразу увидела в полутьме голый торс мужа.
– Стрельников, какого черта ты делаешь в моей постели?– яростно прошептала она. – Убирайся отсюда!
– Не шуми, любовь моя! Перебудишь весь дом. Детей испугаешь. Я не кусаюсь, – прошипел вероломный муж, предатель и негодяй. Он притянул ее к себе поближе, проворковал в ушко:– Ты Лиду звала? Что случилось?
– Снилась…– отмахнулась Маша, откатываясь на край кровати. И понимая, что уснуть не сможет, поинтересовалась:
–Вит, а ты помнишь эту историю? Что там произошло на самом деле?
Витольд посмотрел на нее внимательно. Даже в темноте комнаты Маша видела его недовольный взгляд.
– К чему эти вопросы, Мэри? Тринадцать лет прошло! Давай поспим хоть чуть-чуть.
– Тогда иди на диван, – решительно мотнула головой Маша.
– Что тебе не терпится узнать? – нехотя вернулся к неприятной теме муж, не желая уходить из супружеской кровати.
– Все! Она говорит, что никого не убивала, – азартно прошептала Маша.
–Она говорит? Ты с ней общалась, что ли?– Витольд придвинулся к жене и, приподнявшись на локте, взял Мэри за плечи. Его глаза стали колючими, а лицо настороженным и злым.
– Говори! – Он наклонился над ней, притянув к себе. – Мне не нравится, что ты с ней видишься! Я запрещаю…
– Как мило, не находишь? – фыркнула Маша, освобождаясь от объятий мужа. – Запрещает он!
– Мэри, ты не понимаешь, это рискованно. Твоя сестра… – он снова попытался обнять жену.
– Отвали, Витольд!– Маша нетерпеливо оттолкнула его.
