Измена. Право на сына (СИ)

— Я думаю, что вопрос касается в первую очередь репутации, — отправляю в рот кусочек бисквита.

— Чей репутации?

— Каждого из участников, кроме моей сестры, — закидываю ногу на ногу. — она у меня в очередной раз проявила чудеса хитрости.

— Прекрати, — Макар цедит мне в ухо каждое слово. — Уля, держи язычок за зубами.

Валерий с Викой переглядываются и молчат, а Юра цепко наблюдает за нами.

Макар медленно выдыхает встает и подплывает к нему:

— Я думаю, нам пора, — забирает Артема, который недовольно крякает. — Ужин свернул куда-то не туда.

— Ты ведь в курсе, что для мужчины в первую очередь важна репутация жены, даже если ты облажался?

— Оставь свои нравоучения для семьи.

— Я бы не был мной, если бы никого сегодня не поучал, — Юра прижимает Соню к груди и поднимает взгляд.

— кто бы тебя поучил жизни и не тебе про репутацию говорить, Юр

— Ну так зачем тебе повторять чужие ошибки?

Макар шагает мимо, и у двери оглядывается:

— Поехали домой.

Его голос клокочет тихим и затаенным гневом, и я хочу вскочить и побежать за ним, но вместо этого едва слышно отвечаю:

— Я недоела пирожное, а я, как выяснилось, люблю сладкое.

Я сама себя сейчас осуждаю за дерзость, но что мне терять? Была теплой, милой и уютной, а в итоге меня рожей ткнули в грязь. И, конечно, я боюсь оставлять Артема с Макаром, но он ведь — гордый отец, поэтому я не должна сейчас бежать и вырывать из его рук сына, который увлеченно жует кончик галстука.

— Пирожное — это святое, — хмыкает Юра, когда Макар выходит из гостиной.

— Если ты не заметила, то он в ярости, — Валерий чешет щеку.

— И что? — уточняю я с нотками отчаянного нахальства.

— Для него это будет полезно, — Валерий улыбается и тянется к чашечке с чаем.

— Мужикам иногда надо позлиться.

Глава 13. Моветон

— Доходчиво разьясни этой тупой стерве, чтобы она сидела тихо, — заворачиваю грязный подгузник, кидаю его в глубь багажника и выдергиваю влажную салфетку из упаковки. — пусть не рыпается.

Артем хмурится, когда я вытираю его попку и кривит моську. Та еще задачка менять подгузник сыну в багажнике. Благо, что сумка со всеми его детскими штуковинами осталась в машине.

— Насколько доходчиво? — спрашивает хриплый мужской голос.

— Без насилия, положись на свое ораторское искусство, — застегиваю памперс, и Артем недовольно фыркает когда я тянусь к его модным штанишкам. — Брючки все же придется надеть.

— Да я не собирался.

— Я не тебе.

— Понял. Тогда до связи.

Если у Ули получается поменять памперс за пару минут, то я вожусь с Артемом непростительно долго, и эта возня меня жутко выматывает, потому что сын в такие моменты решает показать мне характер. Уворачивается, пинается, сердито агукает и всяческие высказывает мне свое презрение.