Хаски и его учитель белый кот. Том III

Блеск стали и лязг мечей перемежались с атаками ядовитых паров, порошков и одурманивающих снадобий всех пяти стихий. Убедившись, что Цзян Си может постоять за себя, Мо Жань развернулся и бросился на помощь Чу Ваньнину, но неожиданно ему наперерез с явно убийственными намерениями метнулось с десяток темно-желтых теней.

— Хуан Сяоюэ!.. — сквозь зубы процедил Мо Жань.

Это в самом деле был Хуан Сяоюэ и десять лучших учеников Палаты Цзяндун. Одетый в роскошное свободное одеяние, рукава которого трепетали на ветру, Хуан Сяоюэ преградил ему путь и, приглаживая бороду, объявил:

— Образцовый наставник Мо, сердечный червь — это не шутка. Оказавшись между ножом и разделочной доской, я, как та рыба, вынужден сделать нелегкий выбор между жизнью и смертью и стать вашим противником. Так что не взыщите.

Однако теперь не только он, но и мастера из других орденов, не в силах терпеть мучения, один за другим пытались убить Мо Жаня.

К этому времени на Платформе Призыва Души все смешалось[231.8] и воцарился полный хаос.

Заклинатели из разных школ дрались между собой: те, у которых внутри был паразит, и те, у которых не было, предатели и не предатели — теперь все бились со всеми и все сражались друг против друга.

Цзян Си бросил все силы на борьбу с Хуа Биньанем, Мо Жань защищал Чу Ваньнина, став последней линией обороны, сдерживающей атаки Хуан Сяоюэ и прочих заклинателей, накатывающие со всех сторон словно бурные волны, Чу Ваньнин непрерывно вливал свою духовную энергию в странное образование, пытаясь сдержать его распространение.

Сюэ Чжэнъюн и люди Пика Сышэн стали первой линией обороны, сдерживая основные силы мятежников, пытающихся прорваться к запечатывающему неизвестную формацию Чу Ваньнину. Ши Мэй пытался помочь тем заклинателям, что не сдались, и сейчас из последних сил боролись с сердечным червем внутри их тела. Перебегая от одного к другому, он пытался ослабить поражающее воздействие личинок."

"— Как больно… Убей меня! Умоляю, убей меня! — Ши Мэй наклонился и приподнял терзаемого болью молодого человека. Парень вцепился ему в руку и разрыдался. — Это и правда невыносимо больно, но я не хочу сдаваться, не хочу быть предателем, убей меня! Умоляю, убей! Убей меня!

— Потерпи, потерпи немного, — уговаривал Ши Мэй, кончиками пальцев прощупывая его пульс.

— Я больше не могу это терпеть…

— Смотри на меня. Быстро, посмотри мне в глаза!

Но заклинатель как будто его не слышал. Стиснув пальцы Ши Мэя, он бился в конвульсиях, словно вытащенная из воды рыба. Дергаясь и задыхаясь, он лишь хватал ртом воздух, продолжая шептать:

— Не могу… не могу терпеть…

Ши Мэю пришлось насильно обхватить его лицо одной рукой, чтобы другой открыть плотно сомкнутые веки.