Хаски и его учитель белый кот. Том III

Сможет ли он выдержать его наставления и сдать этот экзамен?

— Наобайцзинь! Ко мне! — вынырнув из водоворота мыслей, Наньгун Сы использовал командный голос, чтобы призвать своего демонического волка. Развернувшись, одним ловким движением он вскочил на его спину и тут же бросился в бой, на этот раз сконцентрировав все внимание на левой руке Наньгун Чанъина.

Перед глазами вдруг промелькнула сцена из детства.

Наньгун Сы стоял в Зале Сяньсянь перед величественным нефритовым изваянием и, склонив голову набок, рассматривал статую Первого главы.

Дети все видят несколько иначе, поэтому он вдруг повернулся к Жун Янь и сказал:

— Матушка, эта статуя сделана не очень хорошо.

— Почему это не очень хорошо? — Жун Янь, прикрыв платком рот, слегка откашлялась, после чего, подобрав полу роскошного платья, неспешно подошла к сыну и, встав с ним рядом, запрокинула голову, чтобы тоже взглянуть на статую главы Чанъина:

— Разве он не хорошо сделан? В мельчайших деталях, совсем как живой.

— …Я не могу понять.

Жун Янь раздраженно вздохнула. Она всегда была излишне вспыльчива и нетерпелива, поэтому ей хотелось то учение, что другие постигали два десятилетия, впихнуть в голову родного сына за пару лет.

— Эта статуя вырезана по лекалу живого человека и в мельчайших деталях копирует оригинал. Разве мы не выучили эти выражения еще в прошлый раз?

Наньгун Сы надул губы и пробурчал себе под нос:

— Ох, но вырезано-то неправильно.

— Почему неправильно?

— Матушка, ну вот же, посмотри, — он указал на левую руку основателя школы, а затем на правую, — правое запястье тоньше левого. Я очень внимательно посмотрел, это точно! Правое вырезано тонким, а левое — толстым, это непропорционально. Неправильно! Ну неправильно же! — с этими словами он поднял обе свои руки, чтобы показать Жун Янь и очень серьезно принялся объяснять. — Вот, у меня запястья одинаковые по толщине, у мамы и у папы тоже… Поэтому тут вырезано неправильно. Пусть мастер переделает одну руку!

— Ах вот ты о чем, Сы-эр, — Жун Янь покачала головой. — Это не ошибка мастера, на самом деле у нашего Великого главы левая и правая рука немного отличались.

— Почему? Он таким родился?

— Нет, это не с рождения, — ответила Жун Янь. — Наш Великий глава — левша, он привык больше нагружать левую руку, поэтому постепенно она становилась все более сильной и развитой, в отличие от правой. Так что скульптор, вырезавший эту статую, не только не ошибся, а наоборот, сделал все возможное, чтобы в камне передать даже такие тонкости.

Цзинь!..

Два длинных клинка снова сошлись. Лица Наньгун Сы и Наньгун Чанъина были так близко друг к другу, разделенные лишь высекающими искры столкнувшимися лезвиями. Стиснув зубы, один из них противостоял другому.