Хаски и его учитель белый кот. Том III

Сейчас у него кровь стыла в жилах от ужаса…

А если бы он, повинуясь порыву, не стал слушать угроз Ши Мэя и продолжил настаивать на том, чтобы вернуть Чу Ваньнина, что тогда было бы?

Половина лучших заклинателей этого мира собралась сегодня здесь, и если бы все эти люди вот так просто сгинули на Пике Сышэн, что тогда было бы?

Звенья созданного Ши Мэем плана были соединены так плотно, что у него не было и минуты на передышку. Мо Жань поднял взгляд и посмотрел вдаль. Горы и долины вокруг были заполнены марионетками под контролем Вэйци Чжэньлун… потерявшими волю живыми людьми и поднятыми мертвецами, что не боятся ни смерти, ни боли… Куда ни глянь, повсюду были горы оживших трупов, нежить и непогребенные кости…

Так не может продолжаться! Нельзя позволить такому продолжаться!

Раз Ши Мэй сказал, что этот «сюрприз» был подготовлен специально для него, значит для всего этого была какая-то веская причина. Раз уж он послушался его и вернулся, значит есть какой-то способ все решить! Он не хотел стать свидетелем повторения былого, не мог допустить разрушения Пика Сышэн и не мог снова увидеть, как дядя и тетя умирают у него на глазах.

Если все завязано на повторении случившегося тогда, разве не должен он сойтись в поединке с самим собой так же… как когда-то ему самому противостоял Чу Ваньнин?

Мо Жань внезапно пришел в себя и, расталкивая наседающую толпу, бросился к тете и дяде."

"— Не сражайтесь! Покиньте это место! Уходите отсюда! Не надо сражаться! Их невозможно победить!

Его голос был хриплым, глаза почти вылезли из орбит. Он был похож на человека, который изо всех сил пытается доплыть до противоположного берега, но, захлебываясь, тонет в бушующем людском море. Словно мертвец, пытающийся приблизиться к живым, будто мотылек, летящий к огню, как заблудшая душа, что из одной жизни пытается добраться до другой.

— Хватит сражаться! Уходите, быстро уходите все! Вы не сможете победить!

«Победить невозможно. Когда-то давно я своими глазами видел, как вы все умерли. Умоляю вас, уходите».

Неожиданно дорогу ему преградил сияющий холодным светом меч.

Подняв взгляд, он увидел такое же холодное лицо Му Яньли.

— Задумал сбежать, воспользовавшись суматохой?

— С дороги! — сердито крикнул Мо Жань.

— Ты — опасный преступник мира совершенствования и мой долг…

Цедя между зубов эти слова, Му Яньли вдруг почувствовала холод за спиной и, повернув голову, увидела, как одна из марионеток с закрытым маской лицом замахнулась мечом, намереваясь ударить ее. Она поспешно повернулась, чтобы принять бой. В полоснувшем по нему взгляде ясно читались убийственные намерения:

— Мо Жань! Так вот каков твой коварный замысел! — громко крикнула она. Голос этой женщины был звонким и чистым, как воды горного ключа, поэтому его легко было узнать.