Хаски и его учитель белый кот. Том III

Так где она?

Лучше бы было не заговаривать об этом, так как при одном упоминании Е Ванси взгляд Цзян Си потемнел, а в голосе, казалось, сгустились свинцовые тучи:

— Перед тем, как отправиться в путь, мы предоставили в Гуюэе убежище выжившим простолюдинам. В то время было принято решение оставить кого-то для охраны, чтобы воспрепятствовать проникновению марионеток Вэйци Чжэньлун на территорию школы... Никто не вызвался, и в итоге ей пришлось остаться.

Смущенный заклинатель неловко охнул, Цзян Си же мрачно заметил:

— Здесь хватает героев. Зачем всегда и везде нужно использовать эту девушку?

— ...

После длительного ожидания среди толпы почти не нашлось желающих взять инициативу и выступить в первых рядах. Юная красавица, что теперь стояла во главе Палаты Цзяндун, запинаясь, промямлила:

— По-моему, мы должны еще раз все тщательно обдумать. В конце концов, это ведь не шутки. Давайте не будем торопиться?

Услышав это «не будем торопиться», Сюэ Мэн тут же разозлился, да так сильно, что у него побелели губы. Изо всех сил сдерживая свой гнев, он спросил:

— И сколько еще предлагаете ждать? Сколько еще нам «не торопиться», чтобы это стало безопасно?

— Но нельзя же сломя голову взобраться на гору, только чтобы умереть.

— Осторожнее, молодой господин Сюэ, успех или провал зависят от одного шага.

Настоятель Сюаньцзин также поспешил вмешаться:"

"— Молодой мастер Сюэ, в больших делах осторожность лишней не бывает. Теперь, когда мир перевернулся с ног на голову и появились Пространственно-временные врата Жизни и Смерти, никто не знает, что нас ждет впереди. Здесь и сейчас собрались все выдающиеся таланты мира совершенствования. Если по неосмотрительности все рухнет, кто будет нести за это ответственность?

— Да! И что нам делать, если все главы школ погибнут…

Все это время Сюэ Мэн сдерживался из последних сил, но теперь его терпение лопнуло. Он вдруг вскинул голову, глаза его налились кровью:

— Ваши главы еще не умерли, а вы уже заранее думаете, что делать. Тогда что насчет Пика Сышэн?!

— …

При упоминании Пика Сышэн почти каждый из присутствующих вспомнил о главе этой школы и его жене, которые были несправедливо обвинены и в итоге погибли. Многие поспешили отвести взгляд, а некоторые даже, чувствуя вину, молча склонили головы.

— Пик Сышэн давно уже не знает, что делать, — в голосе Сюэ Мэна появилась легкая хрипотца. — У меня больше нет ни двоюродного брата, ни старшего собрата, ни матери, ни отца, а теперь даже мой учитель…

Ресницы Сюэ Мэна едва заметно задрожали, кадык судорожно дернулся, словно он из последних сил пытался проглотить свою боль.