Хаски и его учитель белый кот. Том III

— Что смотришь?! — заметив смешинки в глазах Чу Ваньнина, Тасянь-Цзюнь на мгновение ошеломленно замер, но затем поспешил раздраженно прищуриться и с деланным безразличием процедил сквозь зубы: — И даже ты! Ты тоже принадлежишь этому достопочтенному!

Получив такую пощечину, застигнутый врасплох Чу Ваньнин сердито прикрикнул на него:

— Эй, хватит вертеться! — и правда, меч под ногами слегка задрожал, однако тут же был выровнен магией Тасянь-Цзюня.

Завернув Чу Ваньнина в свою расшитую золотом черную мантию, бывший император недовольно пробурчал:

— Чего ты боишься? Если этот достопочтенный здесь, с тобой, разве ты можешь разбиться насмерть?

После этих слов он отдал приказ своему мечу лететь еще быстрее. Высоко в небесах в серебристом свете луны похожая на черный вихрь тень от его меча устремилась в направлении горы Наньпин…

Этой глубокой ночью эти двое были совсем как обычная пара влюбленных.

Они возвращались домой.

Впоследствии люди изредка то тут, то там видели тени образцовых наставников Мо и Чу, но они приходили и уходили, не оставив после себя следа, подобно отражению потревоженных лебедей на озерной глади."

"А позже по миру совершенствования прошел еще один интересный слух. Поговаривали, что есть один слепой целитель, который обошел весь мир от правобережья реки Янцзы до севера Великой Пустыни Гоби. На нем всегда была широкополая шляпа и вуаль, так что никто никогда не видел его истинного облика. Было известно лишь, что этот слепой был невероятно искусным врачевателем. Странствуя по самым бесплодным землям, он помог и излечил тысячи бедняков, не взяв с них за это ни медяка.

Самая известная история об этом целителе начиналась с того, что когда-то в городке Учан жило несколько молодых людей, которых в детстве похитили и продали заклинателям. Эти алчные люди ошпарили кожу детей и сделали из них людей-медведей. В то время мало кто взялся бы за их излечение, но как-то в город пришел слепой целитель. Занимаясь врачебной практикой, он услышал об этом деле. Срезав со своей руки кожу, он использовал ее для приготовления лекарства, фактически обменяв свою плоть на восстановление здоровья этих юношей. Тронутые его поступком благодарные горожане спросили, как им теперь его почетно величать, на что тот лекарь ответил, что он просто грешник и не более того.

Спустя годы Великая Битва прошлого превратилась в строчки в пожелтевших от времени свитках. Прошло так много лет, что взошедшие тогда ростки бамбука стали рощей, дети выросли, участвовавшие в тех событиях юноши и девушки обзавелись семьями, а у многих героев прошлого поседели виски.

Минул еще один год, и зиму вновь сменила весна.