Совсем другая любовь (СИ)

Да, он уже готов был увидеть их мертвые тела, но никак не мог подумать, что их порежет ремнями на куски. Запах крови ударил в нос, и Майкл зажал рот ладонью, борясь с тошнотой.

Но самое страшное оказалось впереди. Внезапный стон заставил Майкла сначала замереть, а потом со страхом посмотреть на источник шума. Это был Рич. Еле живой, со впившимися в грудь сквозь скафандр ремнями и судорожно сжимающий кулаки.

— Рич… Ты жив, все хорошо, — Майкл поспешил его успокоить и опустился рядом на корточки. — Посиди немного, я подумаю, как тебя освободить. Только не дергайся.

— Выруби меня, — прохрипел Рич. — Вколи что-нибудь. Аптечка… в скафандре. Больно…

— Сейчас, — Майкл схватился за набедренную вставку, вытащил из специального кармана аптечку и повернул встроенный тумблер на отметку ""снотворное"". — Потерпи.

Он приставил аптечку к плечу Рича и надавил на гашетку пневмошприца. Почти сразу же Рич обмяк, но дышал всё равно часто и беспокойно — как и сам Майкл. Прислушавшись к ощущениям, Майкл понял, что ему катастрофически не хватает кислорода, и это вовсе не из-за шока.

""Джеймс, ты ошибся, — подумал Майкл. — К нашему общему счастью тут есть атмосфера"".

Однако сейчас было время не для раздумий. Нужно было срочно осмотреть остальных — вдруг не одному только Ричу посчастливилось выжить. Отбросив малодушную мысль вколоть обезболивающее себе в руку, Майкл начал обход — возможно, кому-нибудь лекарство будет нужнее.

Пит сидел в кресле, широко распахнув глаза — пустые, стеклянные, будто бы взятые у какой-то большой куклы.

"Рядом сидел Кевин. И если бы не его бездыханная грудь, то вполне можно было подумать, что он спал. Только снился ему явно не веселый сон. Уголки его губ были опущены, отчего его лицо казалось еще более грустным, а на переносице так не успела разгладиться глубокая складка.

— Я помогу ей, — прошептал Майкл. — Китти обязательно поправится.

Он посмотрел на Кевина в последний раз и шагнул дальше.

Артур, Свен, Генри, почти весь их отряд — все были мертвы. К Громиле Вайсу Майкл шел не глядя, уже ни на что не надеясь. И как оказалось, зря. Грудь Вайса медленно вздымалась — слишком медленно для здешней атмосферы, но всё же в нем теплилась жизнь. Была сразу ясно, что все ребра у него переломаны, и трогать его Майкл побоялся — просто вколол снотворное и пошел дальше, к Марку. Как ни удивительно, тот тоже был жив. Как и внезапно очнувшийся и заоравший от боли Пи-Джей.