Совсем другая любовь (СИ)

 — начал было Майкл, но замолчал, когда член вдруг оказался у Джеймса во рту.

На этот раз Майкл не предлагал все сделать руками — наоборот, замер в предвкушении повторения того самого минета и лишь закусил губу, зажмурившись. И вздрогнул крупно, всем телом, когда умелые губы прошлись плотным кольцом по стволу вниз и обратно, а язык пощекотал самый центр головки, смешивая смазку со слюной.

— Я так быстро кончу… — выдохнул Майкл, так и не открыв глаза. Посмотреть на Джеймса очень хотелось, но Майкл прекрасно помнил, как закончился тот самый раз, когда Джеймс с членом во рту поднял на него взгляд.

Как оказалось, воспоминаний тоже хватило, чтобы напряжение внизу живота тут же усилилось, грозясь пройтись первой судорогой по позвоночнику, а затем выплеснуться в жаркий рот.

— Джеймс… — взмолился Майкл. — Не дай кончить… только не так!

Но, как оказалось, это в планы Джеймса и не входило. Перестав сосать, но не выпустив член изо рта, он снова надавил на анус теплыми скользкими пальцами. Только теперь Майкл понял, зачем нужен был минет — вовсе не из внезапного желания доставить удовольствие.

Майкл охнул и машинально сжал кулаки: именно сейчас ему должно стать больно. Но ни боли, ни неприятных ощущений не последовало, да и член не помягчел и не начал опадать. Даже напротив — напрягся еще больше, уперевшись головкой Джеймсу в небо.

Непривычное, распирающее изнутри чувство заставило щеки запылать сильнее, а осознание того, что Джеймс трогает его пальцем там — отвернуться.

— Можно я лягу на живот, — захлебываясь стыдом и смущением, прошептал Майкл, мечтая поскорее спрятать горящее лицо в подушку.

Совершенно беспардонно проигнорировав вопрос, Джеймс снова приласкал его член, добившись от Майкла протяжного вздоха, и добавил ещё один палец. В ответ на это Майкл вскинул бедра и вдруг едва ли не с ужасом понял, что это действительно приятно. Да, черт побери… пальцы в заднице — это все же удовольствие, а вовсе не пытка.

— Господи, помоги… — жалобно взмолился он, когда Джеймс начал одновременно сосать член и двигать пальцами, готовя его к тому, что произойдет дальше.

Но похоже, что молиться он начал слишком рано — переходить к другим действиям Джеймс не спешил. Майкл глухо мычал, вскидывал бедра, закусывал кулак — не помогало ничего, что могло унять распаляющее возбуждение. Джеймс лишь изредка хмыкал, а потом снова начинал изнуряюще его ласкать. А потом Майкл протяжно всхлипнул и изо всех сил сжался изнутри — пальцев стало слишком мало.

И — о, чудо! — похоже, Джеймс решил также.