Личный интерес

- Ну что, как ты? - весело спрашивает Саша.

- Проехал Воронеж.

- Так ты успеваешь! Ура!

- Ну разумеется я успеваю, рыбка. Я же обещал, что к ужину буду.

- Как я рада, ты себе даже не представляешь! Мы все та-ак волнуемся! Мама с самого утра не выходит из кухни.

- Из-за чего волнуетесь?

- О, Боже. Из-за твоего присутствия, конечно!

Смеюсь.

- Ты шутишь сейчас?

- Если бы.

- Ты ведь знаешь, я ем все, что дают.

- По тебе не видно. Мама, честно говоря, в ужасе от того, что ей пришлось готовить для самого адвоката дьявола!

Морщусь.

- А я уж и забыл, как «приятно» было узнать прозвище, которым вы меня ни за что окрестили.

- Ни за что? Ну простите. Сексуальных и одновременно умных адвокатов в наш суд задувало нечасто. Сплошное искушение. Анализы пришли? - меняет она тему.

- Да. Всё хорошо.

- Правда? И молчишь! Ты же обманываешь? Покажешь мне?

- Покажу, - смеюсь. - Будем жить долго и счастливо.

- Обязательно! Главное, что долго!

Я впервые в жизни прошел такого рода обследование, в ходе которого у меня обнаружили, простыми словами, небольшой врожденный порок сердца. В космос с ним не возьмут, но с парашютом прыгать — можно хоть каждый день. Операция не требуется, но в случае сильных стрессов возможна поломка. Каждый год желательно проверяться, придерживаться диеты и меньше нервничать. В принципе, это рекомендация любому мужику, возраст которого близится к тридцати пяти.

Мне скоро тридцать четыре. Все эти годы я не особенно беспокоился о себе или своем сердце, и оно начало подавать сигналы. Онемение в руке — один из достаточно громких, его стоило услышать. Для справки: я уже неделю ничего такого не чувствую.

Снова звонит Тарханов.

- Здравствуйте.

- Савелий Андреевич, добрый день. Все в порядке? Деньги у вас?

- Все идет по плану.

- У меня плохое предчувствие.

- Вы получите деньги завтра утром по вашему времени. Еще немного терпения.

- Нервно мне, Савелий Андреевич.

- Уверяю, все под моим личным контролем.

- Будьте осторожны. Места себе не нахожу.

Я оказался прав — нашему другу, калифорнийскому олигарху, пытаются перекрыть возможности для бизнеса. И сделают это в ближайшее время. Ни я, ни кто-то другой здесь помочь не сможет. Мы завершаем последнюю сделку и прощаемся.

Спустя пятнадцать минут проезжаю обычный перекресток. Из-за угла выныривают сразу три машины с проблесковыми маячками. Врубается сирена. Одна из машин резко преграждает путь, я машинально хватаюсь за поворотник, но не успеваю его включить — сразу торможу.

Шины скользят по асфальту, и мой мерс плавно останавливается у обочины.

Водительская дверь распахивается. Парни в бронежилетах и балаклавах вытягивают из машины. Я поднимаю руки, но их тут же заламывают и фиксируют стяжками.

- Савелий Андреевич Исхаков.

- Верно. А вы кто?

- Старший лейтенант Пахомов, ФСБ.