Тройняшки для миллионера-тирана

Она даже свести нас пыталась, но быстро сдалась, поняв, что я люблю мужа, а Марк… женщин во множественном числе.

– Алима нет дома, – оповещаю гостью, открыв дверь и одарив её недружелюбным взглядом. – Пока, – хочу уже закрыть дверь, но она хватается за неё, не давая мне этого сделать.

– Нет? – переспрашивает, придерживая дверь. – А как же… он должен был оставить черновой вариант туфель для примерки.

– Туфли… – тяну, вспоминая, что видела в домашней мастерской то, о чём Розали просила, и надпись на подошве с именем женщины. – Кажется, есть, но Алим не предупреждал, что ты придёшь. Так что… всего хорошего, Розали!

– Он должен был их оставить в офисе. Его помощник был предупреждён, но Алим из домашней мастерской не принёс их в офис. Забыл. Поэтому я пришла. Понимаешь, мне платье под туфли выбрать надо. Можно, я сейчас померяю и отпишусь Алиму?

– Я тебе не доверяю.

– Понимаю, – хмыкает. – Но той гадины, которой я была, больше нет. Я не наврежу тебе! Алим знает, что я поехала к тебе, и если с тобой что-то случится, то он поймёт, что это сделала я.

– Ладно, – сдаюсь, приняв её аргументы. К тому же я сама ещё могу мужу позвонить и предупредить. А ещё камеры в доме есть. – Проходи! Жди в гостиной! Я за туфлями.

– Хорошо, – кидает мне в спину.

Иду в мастерскую и параллельно набираю Алима, говоря, что Розали пришла на примерку, и муж подтверждает, что да. Надо померить сейчас, потому что Розали платье надо выбирать. И женщина должна поправки внести. А он, дурак, как обычно, забыл отнести черновой вариант в офис. И вроде бы успокоил, но что-то у меня душа не на месте. Чую, подвох в чём-то есть. Но уловить его не могу.

Поэтому по пути назад звоню уже Марку и высказываю все свои подозрения. Парень поддерживает меня и просит быть настороже. В случае чего звонить ему. И если через пять минут после примерки она не уйдёт, то звонить ему и звать охрану. И плевать на то, что Алим скажет. Послушно с ним соглашаюсь и возвращаюсь в гостиную.

– Вот, – опускаю туфли перед Розали. – Примеряй и уходи. У меня планы.

– Какие?

– Великие, – язвлю. – И тебя это не касается. Туфли вот, – бурчу и отхожу к серванту. Чем дальше, тем лучше.

– Мириам, я понимаю, что виновата перед тобой, – заговаривает, оглядев меня мягким и невраждебным взглядом. – Я, правда, была больна Алимом, но три месяца в горах вместе с моим духовным наставником я многое переосмыслила. Очень много поняла и над многим работала.

– Мне плохо верится в эти сказки, Розали! Особенно после того, как ты пыталась меня скинуть с лестницы. Может быть, Алим слеп, но я нет.

– Мне жаль…

– Ты будешь мерить туфли или нет? Если нет, то уходи, – подхожу и сажусь на диван, внимательно глядя на неё.

– Конечно, – вздыхает и принимается за то, зачем пришла. Примеряет туфли.