Тройняшки для миллионера-тирана

Какой сглаз? Какие зверства? Какие убийства? Мириам, кто тебя укусил, что ты несла такую чушь?

– Она меня прекрасно поняла, – отводит взгляд.

– Я тоже хочу понимать.

– Ты мне не поверишь, – возвращает всё своё внимание мне. – Разозлишься и просто заставишь нас двоих нервничать. Поэтому я дождусь, пока у меня появятся доказательства, подтверждающие каждое моё слово, и лишь затем я заведу с тобой об этом разговор.

– А ты попытайся сейчас, – настаиваю.

А может это гормоны какие-то, которые при беременности увеличивают подозрительность и враждебность?

Я, правда, не понимаю, что с ней происходит в последнее время. Она словно с цепи сорвалась, и все разговоры, даже косвенно касающиеся Розали, приводят её в бешенство и портят настроение.

– Хорошо, – неожиданно соглашается и даже не психует, как обычно. – Но если ты мне не поверишь, то просто выйдешь из моей комнаты и не устроишь мне скандал. Я не хочу из-за твоей бывшей нервничать и потерять ребёнка!

К слову, о её комнате. Я был удивлён, найдя девушку именно здесь. Мириам уже как месяц ночует и живёт в моей комнате. Вместе с ней мы делим одну гардеробную."

"Да, эту комнату я у неё не отобрал, понимая, как порой нужно личное пространство. И всё же Мириам здесь почти не находится. А сейчас…

– Договорились.

– Окей, – тянет и садится обратно на кровать. – Твоя Розали до сих пор в тебя влюблена. Она ревнует тебя к каждой твоей пассии.

– Возможно, – соглашаюсь, недолго думая.

– Она ревнует тебя ко всем твоим женщинам после вашего с ней разрыва. Абсолютно к каждой!

– Хм-м… Не думаю.

– Дверь там, – указывает пальчиком, натянув кривую улыбку.

– Продолжай, – закатываю глаза, проигнорировав её попытку выставить меня.

– Если ты долго с кем-либо встречался, то она угрожала ей, – говорит, и чем больше она «рассказывает», тем больше я не верю ей. Розали может послать человека, но такие зверства… не думаю. – Порой избивала. Порой просто выкуривала из Франции. Но как-то даже убила женщину.

– Бред!

– Как скажешь, – поднимается на ноги, пройдя к своему столику с косметикой. – Я сразу тебе сказала, что другого ответа не ожидаю. Ты мне не поверишь, потому что считаешь свою Розали святой. А она больная на голову, влюблённая в тебя женщина, руки которой в крови. Но ты мне поверишь лишь когда она что-то сделает со мной… или нашими детьми. Я боюсь за наши жизни, Алим. Поэтому так себя веду.

– Мириам…

– Я знаю, что говорю, Алим, – строго прерывает меня, обернувшись. – Тебе меня не переубедить.

– Мириам, девочка моя, давай забудем о ней? Давай? – решаю идти на мир. Это всё гормоны. Надо немного потерпеть и всё пройдёт. – Я хочу быть с тобой и нашими детьми сегодня. Физически и мысленно. Розали пусть уходит с миром. Она села в такси. Уехала.