В Коктебеле никто не торопится

 – Вот твой Илья тебя вырастил, кормил-поил, любил, не порол, опять же. А ты всю жизнь считал себя ущербным оттого, что он тебе не родной. Хотя роднее-то, наверное, и не бывает.

– Я знаешь как радовался, что мы с ним это обсудили, пока еще не стало слишком поздно, – серьезно кивнул Никита. – И теперь я знаю, что он никогда нас с Лариской не делил и действительно относился ко мне как отец. И любит он меня по-настоящему. Так же, как мама. Выпили мы с ним за это. За понимание, как ты правильно сказала. И я лишний раз понял, что все нужно прояснять, сразу, пока все еще живы и все можно исправить.

Вот у Темки уже ничего не спросишь. Ладно, не будем о грустном. Я сейчас быстренько в душ, побреюсь и на пляж пойдем. Хорошо?

Полина согласно кивнула, подождала, пока за Никитой закроется дверь в ванную комнату, откинула одеяло, вылезла из кровати, босыми ногами встала на прохладные плитки пола и даже зажмурилась от удовольствия. В дверь постучали. Полина раненым зайцем заметалась по комнате, судорожно ища, во что одеться.

Стук в дверь повторился.

Полина ласточкой кинулась к шкафу, распахнула дверь и замерла перед стопкой Никитиных футболок, не зная, какую схватить. Из ванной комнаты раздавался ровный мощный гул падающей воды, поэтому надежды, что Никита выйдет и отворит дверь, не было никакой. Немного помедлив, Полина вытащила одну из футболок, натянула ее на голое тело и побежала отпирать дверь, в которую постучали уже в третий раз.

На пороге стояла незнакомая девушка, которая при виде полуголой Полины вдруг отчаянно покраснела. Полина почувствовала, как краска следом заливает и ее щеки.

В руках девушка держала огромный букет роз. Розы были крупные, бордовые, с каплями влаги на плотных нежных лепестках. Полина загляделась на них так, что даже рот открыла."

"– Здравствуйте, – сказала девушка. – Никита Максимович цветы заказал. Так вот, их привезли. Это вам, наверное? – В ее взгляде на Полину сквозило неприкрытое любопытство. И та снова почувствовала себя неудобно.

– Наверное, мне, хотя я не уверена, – призналась она. – Но вы оставьте, я передам. Только у меня денег нет, чтобы рассчитаться.

А он сейчас в душе.

Это прозвучало так интимно, что щеки Полины тут же стали под цвет багряным розам. Девушка понимающе усмехнулась.

– Ничего страшного, – сказала она и сунула колкий, остро пахнущий букет прямо в руки Полине. – Мы на счет его номера запишем. Скажите ему, чтобы он зашел на ресепшен, когда время будет.

– Да-да, я передам. Обязательно, – пообещала Полина, закрыла дверь, повернула ключ в замке и задумалась, куда поставить цветы.