Плутовка

Ее труды не пропали даром, она добилась того, что бы все в доме работало как часовой механизм. Дверцы экипажа открылись. Невольно она прижалась к окну еще плотнее. Показался ботинок. Красивый дорогой ботинок, отметила про себя Генри. Затем она увидела, что и нога, на которую он был надет, выглядела не хуже, чем ботинок.

— О Господи, — пробормотала она, — что-то не похоже на неженку. — Затем показался и сам владелец ноги.

Генри выронила гребень из рук."

"О Господи, — вздохнула она. Он был прекрасен. Нет, не прекрасен, тут же поправила она себя. Это слово совсем не годилось. Он был высок и широкоплеч. Его густые темные волосы были чуть длиннее, чем требовала мода. А его лицо… Генри глядела на него с высоты почти четырнадцати футов, но ей удалось увидеть, что у него было красивое и мужественное лицо: высокие скулы, прямой нос и чуть насмешливый рот. Конечно, она не могла видеть цвета его глаз, но была уверена, что они умны и проницательны. И наконец, он был моложе, гораздо моложе, чем она представляла себе. Она ожидала увидеть мужчину лет пятидесяти. А этому было не больше тридцати.

Генри простонала. Теперь все будет гораздо сложнее, чем ей представлялось. Ей потребуется необычайная ловкость, чтобы одурачить его. Со вздохом она подняла свой гребень и направилась к наполненной водой ванне.

В то время как Данфорд неторопливо рассматривал фасад своего нового дома, его внимание привлекло какое-то движение в окне наверху. Солнце отсвечивало в стекле, но он успел разглядеть девушку с длинными каштановыми волосами. Однако прежде чем он успел рассмотреть ее, она повернулась и скрылась в комнате. Странно. Вряд ли служанка могла в этот час стоять без дела у окна, да к тому же с неприбранными волосами. На мгновение он был заинтригован, но тут же справедливо рассудил, что у него еще будет достаточно времени разузнать о ней, а теперь его ждут более важные дела.

Все слуги Стэннедж-Парка выстроились перед домом для знакомства с новым хозяином. Их было не больше двадцати — несколько меньше, чем заведено в приличных домах, но ведь и Стэннедж-Парк был не слишком велик. Дворецкий по имени Иейтс очень старался сделать церемонию как можно более официальной. Данфорд, едва сдерживая улыбку, напустил на себя важный вид. Кажется, именно этого ждали от нового хозяина. Но его так и подмывало рассмеяться, глядя на всех этих служанок, старательно приседающих в реверансе. Он никогда не думал о титуле, поместье и собственных землях.

Его отец был младшим в семье, а дед, в свою очередь, — младшим среди братьев. Только одному Богу известно, сколько Данфордов должно было отойти в мир иной, прежде чем поставить его в очередь на ожидание наследства.