Везучая Натали

Роланд смотрел на экран монитора, где темноволосая девочка — подросток усердно морщила лоб, вглядываясь в экран планшета — делала уроки. Она не знала, что за ней наблюдают. Не знала даже о том, что в ее комнате установлена камера.

— Вот она, моя дочь, — сказал стоящий за пределами зрения мужчина.

Роланд повернулся.

Ната, наблюдающая его глазами, мысленно вскрикнула. Отец… Это был ее отец. Хотя, чему удивляться — разве она не знала, что Роланд был ее телохранителем. И та девочка в комнате — это она?

Сознание странным образом раздваивалось и дробилось. Хотелось выбраться отсюда, но ничего не получалось.

— Так ее мать погибла?

— Да…"

"Он смотрел на темноволосую девочку. Девочку, которая думала, что счастлива, но разве бывают так печально опущены кончики губ у счастливых людей? И этот смешной игрушечный зверь, что сидит рядом с ней, разве может заменить объятия матери? Хотя отец ее любит, судя по всему. Но почему во взгляде, обращенном на нее, к нежности примешивается грусть и даже некоторая, тщательно скрываемая, безнадежность?

— Я буду защищать ее. Можете полностью мне доверять.

Ната дернулась и вырвалась из воспоминания. Звездочка было взлетела, наполовину сгоревшая, мутная, но почти сразу погасла совсем, рассыпалась.

«Ох, Ройл… Прости…»

Что он чувствует сейчас? Ему страшно? Больно? Наверняка… И сколько он еще выдержит? Понтий едва в себя пришел после пары минут проникновения в сознание. Надо срочно найти выход. Но как?

«Раз, два, королева жива…» — настойчиво стучало в висках. Вот ведь прилипчивая считалочка, не отвязаться от нее.

А что если? Мысль была бредовая, странная, но других все равно не было: если Роланду считалочка помогала, вдруг поможет и ей? Да она ведь словно для нее придумана. Это Ната сейчас — ни рук, ни ног, ни головы, лишь огонь, раздирающий ее на части. Собраться, остаться собой, если это еще возможно.

— Раз, два, — начала она, не особо надеясь на чудо, и все же надеясь…

Часть тринадцатая

А когда досчитала до десяти, оказалось, что она стоит в столовой, держит Роланда за плечи и смотрит ему в глаза. Но уже не проваливается в них, и не провалится, если не захочет. Невероятное ощущение свободы и легкости захлестнуло ее. Она справилась! Вернулась! И даже, кажется, вполне способна подчинить своей воле эту неведомую силу.

Роланд моргнул несколько раз, приходя в себя.

— Живой? — спросила Ната. — Как ты?

— Все хорошо. Видишь, я говорил, что убить меня будет не так просто.

— Хвастун!

И, не контролируя себя, вдруг обняла крепко. Он, помедлив, тоже прижал ее тихонько к груди.

— Твоя считалочка… — невнятно произнесла Ната, уткнувшись Ройлу куда-то подмышку. — Это она мне помогла…

— Я надеялся на нее, — ответил Ройл, нисколько не удивившись.