Вредина для мажора

Филатов то и дело качался, пытался шутить, а я старалась не дышать. Несло от парня знатно. Сколько ж он влил в себя. Неужели был повод так накваситься.

– Давай, на диван садись или ложись, – скомандовала, когда мы все же доползли до места обетования этого умника. Однако Роман то ли не понял моих слов, то ли не спешил последовать совету.

– Ну давай, – повторила я, пытаясь усадить парня. Его чуть повело, и меня, соответственно, вместе с ним. Такая туша, еще бы. Ноги у нас обоих заплелись, Филатов прокряхтел что-то нечленообразное, а потом мы потеряли равновесие. Оба.

Секунда, другая, и вот я уже оказалась на диване. Чудом каким-то не на полу. Хоть не так твердо. Однако выдохнуть не успела, потому что Рома приземлился сверху. Очень удобно. Большой детина на дюймовочку.

Запах табака вперемешку с алкоголем ударил в нос, и я поежилась. Уперлась ладошками ему в грудь, но этот умник как лежал, так и продолжил лежать. Тяжелый и большой, словно медвежонок.

– Ром, вставай, – прошептала требовательно, пытаясь сдвинуть пьяное тело. И о чудо, в этот раз Фил услышал меня. Чуть приподнялся, опираясь на локоть. А дальше началось что-то… максимально неожиданно странное.

Сперва этот взгляд, который прошелся сверху до области груди. Игривый, немного нежный и полный желания. Я смутилась. А как не смутиться. Парень лежит на тебе и смотрит… нет, поедает глазами. Будто я – его собственность.

– Ром, вставай, – голос мой прозвучал немного хрипло, и неуверенно.

Губ Фила коснулась улыбка, и я снова пропустила команду SOS. Продолжала упираться ладошками в его накаченную грудь. Даже через одежду ощущала, какие там подтянутые мускулы. Очередной повод для смущения. Щеки мои горели знатно.

– Та-кая ми-лая, – усмехнулся Филатов, и вдруг наклонился, послав к черту мои сопротивления. Его нога силой раздвинула мои, и уместилась там, словно так и должно быть. Словно сейчас происходит обыденное явление.

– Ром, что ты… – прошипела я. Мужское дыхание обожгло мне шею. Он водил носом по коже, заставляя меня всю сжаться.

– Рома, – пыталась оттолкнуть его, однако ничего не получалось. А потом рука Фила опустилась вниз и коснулась моей ноги, медленно продвигаясь вверх, до самой ягодицы.

– Ты так вку-сно п-пах-нешь, – промурлыкал он на ухо. Щеки мои уже не горели, они полыхали адовым пламенем. В груди сердце сходило с ума, норовя выскочить наружу. Никто и никогда не был ко мне настолько близко, насколько сейчас Рома. И я честно терялась в собственных ощущениях. Ведь он пьяный. Это минутное помутнение. И нежность, вызванная… лишними градусами.

– Ром, слезь с меня, – то ли умоляла, то ли требовала я. Сжала ткань на его груди, но он окончательно убил меня своей следующей выходкой.

Глава 18

Коснулся губами мочки уха.