Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Я чуть ослабил зажим и сказал:

— Ломать шею противникам не в моих привычках, но физиономию вам я изрядно помял, так что ваша улыбочка будет выглядеть довольно жалко…

Потом взглянул на Джея:

— Если у вас такая петушиная натура, вам надо брать уроки. Из Маслова получится неплохой педагог, но я не уверен, что он не научит вас гангстерским приемам борьбы. А для крупного работника…

Поднявшись с пола, я вежливо сказал:

— Не затрудняйте себя, меня провожать не требуется.

И вышел.

Я все еще дышал излишне учащенно, когда оказался на боковой дорожке.

В лифте я успел привести в порядок волосы и галстук. Часы показывали двадцать минут одиннадцатого. В том же лифте я решил позвонить по телефону, поэтому дошел до Мэдисон авеню нашел будку телефона-автомата и набрал один из номеров, который знал лучше таблицы умножения. Мисс Лили Роувен была дома и с радостью ожидала моего приезда, поскольку я ей должен был многое рассказать. Я прошагал двенадцать кварталов до Шестьдесят третьей улицы, где под крышей расположена ее мастерская.

Поскольку это не было дело Вулфа, где нужно было соблюдать интересы клиента, и поскольку именно Лили по моей просьбе взяла шефство над Сью, я ей нарисовал полную картину.

Ее основная реакция была такова: а) что она не винит Сью, и у меня тоже на это нет оснований, я должен чувствовать себя польщенным; б) что я должен каким-то образом вызволить Сью из беды, не изобличая человека, который избавил мир от такой мрази, как Кеннет Фабер; в) что если все же его надо изобличить и привлечь к ответственности то она молит небо, чтобы им оказался не Карл Хийдт потому что во всем Нью-Йорке не было другого мастера, который бы так удачно шил ей платья и особенно костюмы. Она направила к Сью адвоката, Бернарда Росса, он уже с ней повидался и час назад позвонил, что ее арестовали без права освобождения под залог, но что к утру он решит, как действовать дальше.

Было уже начало второго, когда я вылез из такси перед нашим старым особняком из коричневого камня на Тридцать пятой Западной улице, включил свет, не предполагая, что меня поджидает такой сюрприз в кабинете; на моем столе под пресс-папье лежала записка, написанная рукой Вулфа:

«АГ: утром Сол возьмет машину, возможно, на целый день.

В данный момент его машина не может быть использована».

Тогда я прошел к сейфу, открыл дверцу, достал журнал с записью текущих расходов и убедился, что там имеется новая запись на сто долларов.

Я запер дверь, положив журнал на место и набрав цифры кода, сел на стул и задумался. Вулф вызвал Сола, тот приехал и получил задание, для выполнения которого ему потребовалась машина.