Всё о Ниро Вульфе. Том 3

В конце концов можете убедить себя, что Баллу ухлопал ее за то, что сделал неправильное ударение, декламируя оду.

Губы Вульфа превратились в тонкую ниточку. Он трижды глубоко вздохнул, потом процедил:

— Хорошо. Приведи его.

Я кивнул.

— Ладно, но только не могу сказать, когда. Я наводил о нем справки вчера вечером. Он не только президент «Федерал Холдинг Корпорейшн», но и директор еще девяти крупных фирм. У него один женатый сын и две замужних дочери. Ему пятьдесят шесть. Кроме дома на Шестьдесят седьмой улице, у него еще дом в Райнбеке и вилла в Палм-Бич.

Я могу узнать через банк, сколько он стоит, но не уверен, что…

— Я же сказал — приведи его.

— Я слышал. Я просто пытался донести до вас, что на мой взгляд — не слишком разумно объяснять в его приемной, а потом и его секретарше, что частный сыщик Ниро Вульф хочет встретиться с их боссом по личному делу. Еще хуже — договориться о встрече по телефону. Поэтому я должен придумать что-то похитрее, а Джулию Джекет придется пока отложить.

— Саул не звонил?

— Звонил в девять утра. Сказал, что Фред уже с ним и они приступают к делу. Позвонит около часа.

— Фу. Гений против ветряных мельниц. Отзови его. Пусть займется мисс Джекет. Выудит из нее несколько имен, и Фред поможет ему опросить их. — Вульф потянулся к почте. — Твой блокнот, Арчи. Надо ответить этому олуху из Парижа.

7

В четыре часа дня я стоял в мраморном вестибюле сорокаэтажной махины на Уолл-стрит, напротив лифтов с табличками «Этажи 32—40». Подготовился я тщательно. У меня перед глазами стоял облик Эвери Баллу, фотографию которого я разыскал в Нью-Йоркской публичной библиотеке в одном из номеров журнала «Форчун», а в кармане покоилась визитная карточка.

Точно такая же, как та, что я дал лифтеру Вильяму — мое имя посередине, а имя и адрес Ниро Вульфа внизу, более мелким шрифтом, но с маленьким добавлением. Под собственными именем и фамилией я допечатал на машинке: «В розовой спальне хранился дневник, который теперь в полиции». Вышло очень аккуратно, уместившись в самый раз.

Возможно, что я и перестарался. Вполне можно было допустить, что не только жена и дети, но и кое-кто из служащих «Федерал Холдинг Корпорейшн» знали, как мистер Баллу проводит некоторые вечера.

Но, скорее всего, они не знали. Применительно к его персоне журналист «Форчун» не раз употреблял такие прилагательные, как «честный», «добропорядочный», «безупречно чистый» и «безукоризненный». Я не привык клевать на прилагательные в печатных изданиях, но даже если отбросить из них половину, то оставалось достаточно, чтобы сделать мою задачу весьма щепетильной. Поэтому я и проторчал добрую сотню минут внизу в вестибюле вместо того, чтобы подняться на тридцать четвертый этаж.