Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Вы поступили очень учтиво. Я прекрасно знаю, как вы относитесь к гостям; я ужинала у вас дома. Прежде чем ляжете спать, скажите мне, что вам еще нужно.

— Я уже спросил у мистера Гудвина, есть ли у вас электрическое одеяло.

— Конечно. — Лили встала. — Что еще?

— В данную минуту — ничего. Присядьте, пожалуйста. Мистер Гудвин собирается рассказать мне о том, что он успел сделать, после чего мы обсудим план дальнейших действий. Я буду задавать вопросы, а вы, возможно, сможете ответить на некоторые из них лучше, чем он. Вы согласны?

— Да.

— Прекрасно. Первый вопрос имеет отношение к вам.

Естественно, поскольку я гость в вашем доме. Где вы были днем в четверг двадцать пятого июля?

Не хочу, чтобы у вас создалось впечатление о том, что Лили Роуэн во всех отношениях и 365 дней в году — идеальное двуногое существо женского пола. Более того, с любым, кто мне такое заявит, я вступлю в перепалку. Но в мире нашлось бы не много женщин, которые услышав подобный вопрос, просто ответили бы на него не моргнув и глазом.

— Большую часть дня я ловила рыбу в реке Фиштейл, — сказала она. — Летом форели в нашем ручье мало, поэтому ловить лучше в реке.

Около часа дня мы сидели с Арчи на краю заводи Головорезов и уплетали сандвичи. Лошадей мы оставили в конце тропы. — Она повернулась ко мне — На каком это расстоянии от Тетеревиной гряды?

— Милях в десяти-двенадцати.

— Тетеревиная гряда — это место, где убили Филипа Броделла, — пояснила она Вулфу. — Поев, мы еще половили рыбу, а потом искупались — водичка привела бы в восторг белого медведя. Потом мы смотрели, как бобры чинят плотину, а Арчи запустил камнем в медведя — бурого, не белого, — который, увидев, что Арчи поймал головореза, прыгнул в заводь и поплыл прямо к нам.

Домой мы добрались затемно, а Диана (она тоже гость) сказала, что звонил Билл Фарнэм и интересовался, не у нас ли Филип Броделл.

— Что такое головорез?

— Форель с красной полоской на шее. Нужно запомнить этот день — оказывается, я знаю слово, которое не знаете вы.

— Я не знаю тысячи слов. — Он повернулся ко мне. — Ты, должно быть, станешь возражать. Если бы ты не исключил мисс Роуэн, то не стал бы гостить у нее. Но у меня сегодня выдался крайне утомительный день, я устал и туго соображаю.

Я даже не спросил тебя, не ты ли застрелил этого человека? Итак?

— Нет. Но я уже недоумевал, почему вы не спрашиваете.

— Я устал. Начинай. Если я перестану за тобой успевать, то прерву тебя. Давай.

— Сперва я должен понять — во имя чего. Вы сказали, что сами не знаете, останетесь ли здесь. Если вы хотите просто узнать, что мы думаем о Харвее, а потом помахать нам ручкой, то…

— А что я еще могу поделать? Я должен либо поверить вам на слово, либо нет. Хорошо, я доверяюсь вам.