Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Вулф выкарабкался на сушу, протопал к обломку скалы, на котором оставил носки и туфли, сел и сказал:

— Докладывай.

— Не могу, пока вы в опасности. Поднимайтесь сюда

— Я не могу надеть носки, пока солнце не высушит и не согреет мои ноги.

— Нужно было захватить полотенце, — посоветовал я, усаживаясь на край обрыва. — Дословно?

— Если ты еще не разучился."

"Я доложил. Про обоих Хейтов, включая подписанные показания Гилберта, потом — про Бесси Боутон. Передавая диалоги дословно, я поначалу чуть запинался, поскольку не практиковался с самого июня, но в конце, когда я дошел до дегтя с перьями, речь полилась уже совсем гладко, чему а искренне порадовался.

Тем более что мне никогда еще не доводилось докладывать Вулфу, когда он сидел на камне босиком и дрыгал пальцами ног.

— Так что, — заключил я, — если мы и найдем замену Харвею Гриву, то не в лице Гилберта Хейта. До половины пятого она за него горой стоит. И любой суд присяжных ей поверит. Хотя это никогда не дойдет до суда присяжных. Словом, можете выкинуть Хейта-младшего из головы.

— Ты прав. Проклятье!

Он потянулся за носками, надел их, потом нацепил туфли, придерживаясь рукой за камень, приподнял свою тушу и выбрался на берег.

Я не стал протягивать ему руку: во-первых, потому что он бы за нее не взялся, а, во-вторых, лишняя физическая нагрузка ему не повредит. Пока он приводил рукава рубашки и брючины в порядок, я вынул из кармана запонки, и, ясное дело, мне самому пришлось и вставлять их; Вулф, видите ли, не мог показаться в коттедже с болтающимися манжетами. Потом он протопал к валуну, нацепил жилет, облачился в куртку, уселся и спросил:

— Что такое форель по-монтански?

— Хороший вопрос, — ответил я, — И мне, право, жаль, что вы его задали.

Я уселся на обломок скалы напротив Вулфа и продолжил:

— Все зависит от того, кто, когда и где ее готовит. Первая настоящая форель по-монтански — первая в том смысле, что ее впервые приготовил бледнолицый, была зажарена во время экспедиции Льюиса и Кларка[52] на ржавой сковороде, политой бизоньим жиром, и солью, если она еще осталась. С тех пор в рецепт вносили сотни изменений, в зависимости от того, что имелось под рукой.

Например, один старожил, работающий в скобяной лавке в Тимбербурге, уверяет, что нужно вымазать свиным жиром коричневую оберточную бумагу, завернуть в нее форель целиком от головы до хвоста, щедро посыпав солью и перцем, и засунуть в раскаленную печь. Время зависит от размеров рыбы. Миссис Грив позаимствовала свой рецепт у родного дяди. Она внес та два уточнения; поменяла оберточную бумагу на алюминиевую фольгу, а печь на духовку. Все очень просто.