Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Вернувшись в кабинет, я застал Вульфа за письменным столом, склонившимся над кроссвордом."

"Я, если можно так выразиться, приближался к точке кипения, а тут такая идиллия. Вульф действительно поднялся к себе, чтобы переменить одежду. Но надел он не самый старый, а лучший свой костюм из мягкой светло-коричневой ткани с мельчайшими желтыми пунктами, видимыми только при ярком освещении. Всего лишь месяц назад он заплатил за него Бойнтону триста сорок пять долларов. Та же самая рубашка — разумеется, желтая, — но другой галстук, из темно-коричневого тяжелого шелка. Я не видел его обувь, но ее он, вероятно, тоже сменил.

Усаживаясь за письменный стол, я пытался придумать подходящую колкость, но безуспешно, ибо понимал: в этот момент я узнал о Вульфе что-то новое, хотелось бы только знать — что именно?

— Займемся почтой, — сказал он.

— До нее у меня еще руки не дошли.

Я взял стопку почтовых отправлений со специального лотка из зеленого мрамора, достал нож для бумаг и начал вскрывать конверты. В течение последующих двадцати минут можно было подумать, что у нас самый обыкновенный выходной день. Я трудился, записывая в блокнот третье письмо, текст которого начал диктовать Вульф, но нас прервал Фриц, объявивший обед.

Вульф встал и удалился, даже не взглянув в мою сторону. Не знаю, откуда ему стало известно, что я уже пообедал.

Когда, отпечатав два письма, я взялся за конверты, в дверь позвонили. Мои часы показывали двадцать две минуты второго и подтверждали мои худшие опасения. Очевидно, Коггин знал, что обеденное время Вульфа начинается в четверть второго. Но, подойдя к двери, я убедился в своей ошибке. На крыльце стояли плечом к плечу двое незнакомых мне мужчин; каждый держал в руке сложенный листок бумаги.

Когда я открыл дверь, мужчина справа заявил:

— Ордера на арест Ниро Вульфа и Арчи Гудвина. Вы — Гудвин. Вы арестованы.

— Ну что ж, — заметил я, — заходите. Вам придется подождать, пока мы наденем пальто.

Они переступили порог, и я затворил дверь. Оба были ростом в пять футов и одиннадцать дюймов, весили сто восемьдесят фунтов и держались подчеркнуто прямо. Я говорю «оба», так как передо мной стояли близнецы с одинаковыми вытянутыми, худощавыми лицами и оттопыренными ушами, правда, один был блондин, а другой — брюнет.

— Я уже пообедал, — сказал я, — а вот мистер Вульф только-только приступил. Нельзя ли дать ему закончить? Всего полчаса.

— Отчего же не дать? Пускай сперва закончит, — заметил блондин, снимая пальто.

— Нет вообще никакой спешки, — добавил брюнет. Не торопясь, они повесили пальто. Оба явились без шляп. Сопроводив их до двери кабинета, я отправился в столовую. В этот момент Вульф открыл рот, чтобы отправить туда с помощью вилки очередную порцию съестного.