Всё о Ниро Вульфе. Том 3

– Она посерьезнела, а голубые глаза, внимательно смотревшие на меня, светились живым умом. – Что вас еще интересует?

И вновь мне пришлось бороться с искушением. Если в случае с Дрю искушение было чисто профессиональное, то с ней – лишь частично профессиональное и лишь частично чистое. Кремер сказал, что Эмми Торн отвечает в фирме за связи; по-моему, еще одна связь ей бы совсем не помешала.

Но я устоял и поэтому отрицательно помотал головой."

"– Больше ничего, если вы сами не хотите сообщить мне что-нибудь заслуживающее внимания. Например, не получал ли кто другой от нее писем?

– Нет.

– Она изучающе смотрела на меня. – Но, конечно, мне очень любопытно. Если я подобрала правильное слово. Я очень любила Сару, и мне интересно знать, что привело вас к нам. Вы сказали мистеру Дрю, что Ниро Вулф проводит расследование, но отказались сказать, кто его нанял.

– Верно – сказал и отказался.

– Значит, вы и мне не скажете. Мне ведь и все мое очарование не поможет, да? Или нет?

– Увы… – Я встал. – А жаль – я бы дорого дал, чтобы посмотреть, как это у вас получится. Должно быть, это очень здорово.

***Выйдя в коридор, я двинулся к лифту, но у двери в кабинет Галлента приостановился и навострил уши.

Я услышал кваканье (это был Пэрли), звонкое сопрано (Анита Принс) и, наконец, воинственный баритон (Галлент). Но никаких слов из-за толщины двери расслышать не удалось.

Выйдя из здания, я повернул налево, зашел в телефонную будку на Мэдисон-авеню, набрал самый знакомый и до боли привычный номер, наткнулся на Фрица и попросил, чтобы соединили меня с Вулфом.

В ухо ворвался родимый рык:

– Да, Арчи?

– Рыбы так и кишат. Роятся. Целые косяки. Сара Йер два года заказывала здесь платья, и все ее обожали.

Писем она им, судя по всему, не писала. Все хотят знать, кто вас нанял и зачем, особый интерес проявляет Флора Галлент. Я не обедал и голоден как волк, но становился позвонить, чтобы узнать, нет ли чего срочного. В самый неподходящий миг ворвался Стеббинс и, разумеется, захотел знать, какого черта я там делаю.

– Ты ему не сказал?

– Нет, конечно. Когда он заявил, что выведает у кого-нибудь из остальных, я собрал их вместе и произнес пылкую речь, смысл которой сводился к тому, что мозг человека это его крепость, сами понимаете… Впрочем, любой из них может проболтаться, вот я хочу предупредить вас, чтобы это не нарушило вашего плана.

Если он у вас есть, конечно.

– Не нарушит. Я продолжаю. У меня есть новые указания. Ты должен…

– Нет, сэр. Бурю в желудке я еще успокоить смогу, проглотив сандвич и запив его стаканом молока, но вот дальше ни шага не сделаю, прежде чем вы мне не объясните, что задумали. Если хотите, можете сказать сейчас, по телефону.

– Нет. Хорошо, это не очень срочно. Фриц разогреет тебе обед. Возвращайся домой.

– Хорошо. Через пятнадцать минут.