Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Сейчас я не знал, позвал ли он троих работать для отвода глаз или…

Я все еще занимался этой проблемой, когда в начале одиннадцатого в дверь позвонили. Это был Альфред Лич с поднятым воротником пальто и опущенными полями шляпы. Я открыл дверь.

— Доброе утро, — сказал он и взялся рукой за нагрудный карман.

Я подумал, что он хочет достать удостоверение…

— Не трудитесь, я узнал вас.

Но я ошибся. На свет появилась сложенная бумага, которую он сунул мне под нос.

— Постановление суда Штата, — лаконично сказал он

Я развернул бумажку и изучил ее.

— Знаете, это что-то новенькое.

Не могу припомнить, чтобы мы когда-нибудь имели дело с судом Штата. Это писание пойдет в коллекцию мистера Вульфа. Мистер Вульф будет рад. — Я сунул ее в карман пиджака.

— Как видите, у меня есть полномочия в случае необходимости обыскать дом…

— Совершенно верно, но до этого дело не дойдет. Я положил их в сейф, там они и лежат. Проходите.

Он прошествовал в прихожую, снял шляпу, подождал, пока я закрою дверь, и прошел за мной в кабинет. Я остановился у сейфа, осторожно вытащил за конец оберточную бумагу, отнес ее на письменный стол, потом проделал ту же процедуру с веревкой и пачкой банкнот.

— Вот. Я проверил отпечатки пальцев и больше не заворачивал.

Он сжал губы.

— Об отпечатках вы ничего не сообщили инспектору Кремеру?

— Да вы что? Я думаю, что говорю. Впрочем, там только мои отпечатки и отпечатки мисс Эннис. Я не мог обнаружить никаких других, хотя исследовал деньги чертовски тщательно.

— Этого вам не следовало делать. Речь идет о важных вещественных доказательствах.

— Да! — обиженно спросил я. — Это для меня новость. Вещественные доказательства чего? Ну, неважно.

Отпечатки все равно остались. Я вам сейчас принесу пакет, но до этого мы пересчитаем деньги. И еще мне нужна квитанция. Ведь это собственность Хетти Эннис.

Он открыл рот, но тут же закрыл его. В ситуации было свое очарование. Он знал, что я знаю, что речь идет о фальшивых деньгах и, следовательно, мы оба знали, что Хетти их больше никогда не увидит. Но он все же рассматривал это как служебную тайну и я тоже. У нас обоих были на то причины, и поэтому я готов был пойти на уступки.

— Вы можете взвесить деньги на весах, — предложил я.

Он положил пакет на весы. Семнадцать унций. Я принес из кухни большой пакет, отдал ему, а сам сел за машинку и напечатал квитанцию. Потом чуть было не прибавил «в хорошем состоянии», но тут вспомнил о его предупреждении не шутить с секретной службой. Когда я протягивал ему свою ручку, раздался звонок, и я бросился в прихожую.

Это был Кремер. Я впустил его, закрыл за ним дверь, а когда повернулся, он уже вытащил из кармана лист бумаги и протянул мне. Я взглянул.