Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Правильно, это была Фрэнсис Кокс в своем сером драповом пальто и серой меховой шляпке.

Она меня тоже заметила. Мне пришлось перейти к ней на противоположную сторону, потому что она поманила меня рукой.

Мисс Кокс заговорила первой:

— В кабинете Эшби горит свет.

Я повернул голову и увидел два освещенных окна на десятом этаже.

— Уборщицы, очевидно…

— Нет, уборщицы начинают уборку сверху и заканчивают работу на этом этаже к половине восьмого.

— Тогда инспектор Кремер. Ведь у него нет никаких улик… У вас есть ключ?

— Конечно, я пришла специально, чтобы вас впустить.

— С адвокатом?

— Спросите у них.

— Самое печальное, что вы вечно огрызаетесь. Девушкам это явно не к лицу… О'кэй, давайте поднимемся и поможем инспектору.

Мы вошли в здание. Оно было почтенного возраста, вестибюль выглядел дряхлым, как и ночной вахтер, развалившийся на стуле и широко зевавший. Он кивнул мисс Кокс, когда я с ней проходил к лифту. По пути наверх она спросила у лифтера, не поднялся ли кто-то на десятый этаж. Тот ответил «нет».

Когда мы вышли из кабины, мисс Кокс указала на дверь слева через холл и сказала:

— Это комната Эшби.

По той стене расположены были две двери, одна, на которую она указала, в шести шагах налево; вторая в шести шагах направо под номером 1018, ниже которого имелась золотая надпись «Мерсерз Боббинз», а еще ниже слово «вход». Я поинтересовался, вход ли это в приемную, и услышал, что да.

— Надо обдумать, — сказал я. — Если мы вместе пройдем туда через приемную, то находящийся там человек услышит наши шаги и выскочит сюда. Дверь изнутри можно отпереть?

— Да.

— В таком случае я покараулю здесь, а вы вызовите лифтера, чтобы он вас сопровождал.

— Я в состоянии сама за себя постоять. И почему это вы вздумали мной распоряжаться?

— О'кэй, тогда я раздобуду лифтера.

— Нет, не требуется.

Злосчастный подбородок снова был вздернут, а это ее совсем не красило. Убежден, что если бы разочек она в такой позе увидела себя в зеркале, то сумела бы избавиться от глупой привычки.

Мисс Кокс решительно двинулась направо, и я негромко сказал не ей, а ее спине:

— Не старайтесь застать его врасплох… Пусть ваши каблучки звучат на весь офис.

"Когда я подошел к левой двери и прижался к стене возле того места, где должна была оказаться распахнутая дверь, я сообразил, что нарушил одно из личных правил, принятых мной к исполнению несколько лет назад, когда я проторчал месяц в госпитале: что я никогда не буду ходить по поручениям, связанным с расследованием дела об убийстве, не захватив с собой оружия. Когда ты стоишь с голыми руками на посту и прислушиваешься, твой ум мечется. В голову лезут самые дикие мысли.