Всё о Ниро Вульфе. Том 3

– С превеликим удовольствием, – отозвался я и направился в коридор. Но не успел я надеть пальто и шляпу, как вдруг вижу: на крыльце стоят гости – незваные, но нельзя сказать, что незнакомые. Как только Кремер нажал кнопку звонка, я открыл дверь и спросил его:

– А вы договаривались о встрече с мистером Вульфом?

– У меня в кармане ордер на ваше принудительное задержание в качестве свидетеля, – заявил инспектор. – Есть и второй – на имя Вульфа. Я ведь вас предупреждал.

Его слова можно было понимать двояко. Не исключено, что он не собирался без крайней необходимости извлекать из кармана свою мину замедленного действия.

Если б он действительно намеревался нас сцапать, то послал бы сюда пару дюжих полисменов, а не пришел бы сам в сопровождении одного лишь сержанта Перли Стеббинса. А может, Кремер решил преподать нам с шефом урок – очень уж удобный представлялся для этого случай. Пара нелестных для инспектора замечаний могла вывести его из себя до такой степени, что он не поленился выписать, а затем и подписать у начальства эти ордера. Кто знает, вдруг он надеялся, что несколько часов, а то и ночь в следственном изоляторе отучат Вульфа оставлять на столе галстуки? Однако раздумывать об этом было некогда – войти в кабинет следом за посетителями было бы с моей стороны тактической ошибкой, поэтому я повернулся и поспешил их опередить. Когда Жемчужинка с грохотом захлопнул за собой входную дверь, я уже докладывал шефу:

– К нам Кремер и Стеббинс с ордерами. Инспектор пришел за вами, сержант – за мной. Большая честь для нас!

Вульф уставился на меня, а когда посетители вошли, точно так же посмотрел на них.

– Я ведь предупреждал вас вчера вечером, – начал инспектор, вешая пальто на спинку кресла и присаживаясь.

– Чепуха, – фыркнул шеф.

Кремер достал из кармана бумаги.

– Я пущу их в ход лишь при крайней необходимости, – объявил он. – Прекрасно знаю, что в этом случае произойдет, вы с Гудвиным откажетесь отвечать на вопросы, а потом освободитесь под залог, как только у Паркера дойдут до этого руки. Но то, что вы сделали, я записал на ваш счет, и счет этот еще не закрыт. Одно дело – быть привлеченным в качестве свидетеля, но совершенно другое – сознательно препятствовать отправлению правосудия. Мы ведь утаили в интересах следствия содержания ваших с Гудвином показаний.

Вы это прекрасно знали и все же не сочли нужным держать язык за зубами. Да еще кому все выболтали – троим подозреваемым в убийстве! Фрэнк Эдей подтвердил, что получил эти сведения от вас, – он разговаривал по телефону с помощником окружного прокурора.

Опять этот «генератор идей»!

– Вот болван! – высказался Вульф.

– М-да. А вы-чо надеялись, что они будут молчать.

– Вовсе нет. Я не брал с них обещаний на этот счет, да они и сами их не давали.