Зачем нам любовь. Том 1

— Ты…ты…— он даже заикаться начал, а наивный стилист, решивший, что это из-за восхищения, сказал:

— Ваша сестра настоящая красавица. Такого изысканного наряда я давно не видел.

Надо было видеть физиономию Матвея, когда до него, наконец, дошло, что с платьем его обвели вокруг пальца.

— Ты… — ему с трудом удалось проглотить неприятные слова и выдавить из себя подобие улыбки, — ты прекрасна.

— Спасибо, — так же натянуто улыбнулась я.

Не отводя от меня убийственного взгляда, брат подставил локоть, я уцепилась за него бледными, дрожащими пальцами, и мы отправились в шатер.

При нашем появлении гости замолкли и дружно обернулись в нашу сторону. Я едва различала чужие восторженные охи-вздохи, не видела лиц и не чувствовала под собой ног. В воздухе кружили лепестки роз, но мое внимание было сконцентрировано только на Марате, ожидавшем под сенью белоснежных цветов. И чем ближе мы подходили, тем сильнее бомбило у меня в груди, потому что о таком женихе можно было только мечтать.

***

Наша первая и единственная встреча прошла в салоне автомобиля, и я тогда не смогла в полной мере оценить ни рост, ни сложение будущего мужа. Зато оценила сейчас.

Выше меня на полторы головы, плечистый, но по-звериному поджарый. Он стоял, заложив руки за спину, и с улыбкой наблюдал за моим приближением, а я как дура пялилась в ответ и весьма некстати думала о том, что у меня был самый охрененный жених на свете.

На какой-то миг даже позабыла о том, что ненастоящий.

Брат передал меня в его руки и отступил в сторону, а я практически на грани обморока последовала за Маратом к алтарю.

— Ты прекрасна, — едва слышно обронил он, и мои бедные коленки напрочь потеряли жесткость. Ноги дрожали и так и норовили подогнуться, если бы не Ремизов, за которого я цеплялась как за единственную опору в этой жизни, то валяться бы мне плашмя прямо на дорожке, усыпанной лепестками роз.

Щеки калило, и я уповала лишь на то, что макияж, умело наложенный мастерами своего дела, справится с моей пунцовой физиономией. А если не справится, то Ремизов подумает, что это простое волнение невесты перед браком, а не реакция на него.

Дальше все было, как в тумане.

Я с трудом различала слова торжественной речи и невпопад отвечала на вопросы. Кое-как, трясущимися ледяными пальцами надела кольцо на палец мужа, и не дышала, когда он надевал мне мое.

Потом был поцелуй. Сдержанный и длящийся ровно столько, чтобы уверить гостей в подлинности наших чувств, но мне показалось что кто-то в этот момент украл весь мой кислород.

Единственное, что я четко видела в этом безумном хаосе – серые спокойные глаза.

— Объявляю вас мужем и женой! — торжественно произнесла женщина, проводящая церемонию.