Зачем нам любовь. Том 1

Ни у кого из нас не было ни зонта, ни даже капюшона, поэтому мы поспешили прочь из парка. И едва успели заскочить в машину, как пошел проливной дождь.

Прогулка на этом закончила и пришлось возвращаться домой.

А там ждало «во-вторых». Причем гораздо более неприятное, чем простой разгул стихии.

Снова дал о себе знать, мой горячо любимый брат.

Как всегда, ни здравствуй, ни до свидания, а сразу претензии.

И что это такое?

И дальше фотография с Форума, где мы с Седовым стоим возле одного из стендов.

Работа.

Какая, на хрен, работа! Тебе надо ребенка от Ремизова заводить, а не кататься не известно где с левыми мужиками.

Этот левый мужик – мой начальник. У меня была рабочая командировка! — сердито дрожа, я настучала ответ.

Да мне пофигу что у тебя там было. Ты свои обязательства когда выполнять будешь?

Ну это уже ни в какие ворота не лезет. У меня аж руки от негодования затряслись.

Да сколько можно, в конце-то концов?

Я выполняю ВСЕ свои обязательства. И в их перечне нет беременности по твоему первому требованию.

Он тут же позвонил мне, но я безжалостно смахнула его звонок. Не хватало еще, чтобы Марат услышал нашу ругать.

Я не могу говорить. Если хочешь что-то сказать – пиши.

Он писал. Стирал. Снова писал. Видать никак не мог подобрать слова в полной мере, выражающей его братское негодование и недовольство моим поведением.

А ты случайно ничего не забыла, девочка?

Я бы и рада забыть, да кто ж мне позволит это сделать.

Я выполняю все твои требования. Кроме самых бредовых."

"Самое мое бредовое – это забота о твоей мамаше, которая мне нахрен не сдалась. Но если она и тебе не нужна, то ты только скажи. Я мигом эту проблему решу.

Это как удар с размаху в поддых. Я аж покачнулась.

Матвей, у всего должен быть предел. Какое отношение моя мать имеет к ребенку. Я не понимаю.

А тебе и не надо понимать. Все равно тупая как пробка. Твоя задача – просто делать, что я говорю. И когда надо раздвигать ноги перед муженьком.

В этот момент я покраснела до кончиков волос, настолько грубыми и бестактными были его слова.

Следом прилетело еще одно, не менее прекрасное сообщение.

Времени в обрез. Или ты хочешь, чтобы кто-то из старших братьев твоего недотепы первым обзавелся потомством?

Какое тебе вообще дело до потомства Ремизовых. Хочешь детей – заведи своих.

Он снова позвонил, и я снова не ответила.

Я же говорю, мне неудобно разговаривать. Я занята.

Знаешь, что, дорогая моя, сильно занятая сестра… я думаю пора вводить штрафные санкции, а то ты походу слишком расслабилась. За каждый месяц репродуктивного простоя будешь переводить мне деньги. Если, конечно, хочешь, чтобы, с твоей драгоценной маменькой и дальше было все в порядке. Откажешься — пеняй на себе.

У меня похолодели кончики пальцев, потому что прошлой демонстрации вполне хватило.