Забытые смертью

Потому и начальство, понимая это, не задерживается у них надолго. Не более чем на полчаса. На большее не рискуют. Лесорубы начинают нервничать. Оно и понятно. Привычный свой уклад менять не хотят.

Нелегко и непросто привыкнуть к тайге. Отойти от прошлого, от друзей и родни, от домов и квартир, от привычных условий. В тайге человеку приходится надеяться лишь на себя самого.

Привыкнув, вжившись в нее, понимают многие, что тайга не просто помогла пересилить многим личные трагедии, но и вернула каждому свое лицо, имя. Помогла не сорваться, не скатиться в пучину человеческой грязи и подлости.

Конечно, не обошлось без отсева. Не выдержали иные. Не признала, не приняла их тайга. И, вовремя поняв свою слабость, ушли, отступили люди, уяснив для себя немаловажное: не всяк человек к тайге приспособлен, что не они, а она отсев проводит, отбирая для себя не человеков — мужчин…"

"Слабость она наказывала, подлость — не прощала. Умела беречь и любить тех, кто поверил ей и пришел сюда не в гости на отдых, а в дом — для жизни, трудной и постоянной.

Федор Никитин пришел в тайгу раньше всех, кто сегодня работал в его бригаде.

Сколько лет прошло с тех пор? Уже немало. Думал отойти душой и вернуться. Но человек только предполагает…

Федор пришел в тайгу, не зная ее, не понимая и не разбираясь в ней. Другого выхода для себя не увидел.

Никитин сбавил обороты, повел моторку ощупью, словно на цыпочках, чтобы не напороться на корягу. В этом месте их много. Дальше река будет чистой. Хотя… Гарантий, как и в судьбе, нет…

Никитин никогда не думал, что станет жить в тайге по соседству с медведями. Он родился и вырос в Москве. На Старом Арбате, который считал для себя пупом мироздания, культурным центром, колыбелью гениев.

Без него он не представлял своей жизни и любил его до боли ревностно, считая все остальные районы столицы придатками, оформленными к его жемчужине.

Старый Арбат был для него детством и юностью, смехом и песней, мечтою и радостью. Не знал, что именно здесь он встретит свою беду.

Федор был сыном известного во всем городе хирурга. И отец, конечно, мечтал, что сын станет врачом. Пытался с детства привить, передать мальчишке свое особое отношение к людям. У Федора оно уже было.

Но не ко всем подряд. К одной…

Настенька была лишь на год моложе Федьки. Жила она в том же доме, подъезде и даже на одной лестничной площадке. А потому знали они друг друга с самого зеленого детства.

Уж так случилось, что дружили их отцы и матери. Часто забегали друг к другу и дети. Вместе играли во дворе. Лишь изредка ругались. Но ненадолго. Вскоре мирились, забывая о причине ссоры. Вместе ходили в школу. Как старший, он защищал Настю от соседских, дворовых мальчишек-забияк. Водил ее в кино, кукольный театр.