Запад в огне

— Есть, товарищ старшина! — Отшвырнув окурок, водитель захлопнул капот и в сердцах пожаловался: — Машина вся разболтанная, двигатель бы перебрать, да времени нет. — Затем открыл борт кузова и улыбнулся: — Милости прошу!

Бандеровец хмуро смотрел прямо перед собой. Лицо разбитое, злое, на вопросы не отвечал.

— Чего встал? Пошел вперед! — грозно поторопил Захарчук, всем своим видом суля серьезные неприятности. — Не барышня, помогать не станем.

Бандеровец ступил на шаткую лестницу и, преодолев две ступени, поднялся в кузов.

— К кабине давай! — скомандовал сержант и, строго глянув на бандеровца, предупредил: — Шуток я не понимаю.

Предупреждать больше не стану, получишь пулю в лоб, если что не так… Как и твой приятель.

— Разместились? — заглянул в кузов Ивашов."

"— Так точно, товарищ младший лейтенант, — охотно отозвался Захарчук.

Натолкнувшись на взгляд бандеровца: холодный и враждебный, Ивашов хмыкнул и скрылся в кабине.

Двигатель затрясло, кузов залихорадило, под ногами, раздирая душу, заскрежетала коробка передач, и полуторка покатила по селу, собирая по дороге все имеющиеся колдобины, ямы и прочие неровности, каковых в сельской глубинке бывает изрядно.

Пассажиров, разместившихся вдоль бортов, швыряло по сторонам, но никто не жаловался, осознавая, что в большей степени виноваты разбитые войной дороги. Это все-таки лучше, чем топать на своих двоих.

Выехали за село, затем оставили позади несколько хуторов, и дальше широко потянулись озимые поля, чередующиеся небольшими кустарниковыми зарослями. Впереди показалась узенькая речушка — светлая, звенящая, густо заросшая по берегам высокой сочной травой. Через нее был переброшен дощатый мосток, водитель лишь едва замедлил движение, прикидывая, а выдержит ли хлипкий настил, и, убедившись в его прочности, прибавил скорость.

Колеса весело застучали по доскам, отбивая рваную дробь. И когда мосток оказался позади, Ивашов почувствовал облегчение. Пронесло!

Далее начиналась густая чаща, обширным фронтом уходящая за горизонт. На границе леса и поля, на равном расстоянии друг от друга, стояли три хаты с небольшими хозяйскими строениями.

Автомобиль вдруг дернулся, потом простуженно чихнул и замедлил движение.

— Так его растак!.. — грубовато выругался шофер. — Ну, говорил же, что этот двигатель когда-нибудь накроется! — негодовал он, выходя из кабины. — Так оно и случилось! Двигатель давно перебрать нужно было, я ведь на этой «ласточке» до Берлина рассчитывал докатить! Сколько раз она меня от верной смерти спасала.

— Это надолго? Нам ведь еще далеко ехать, — тоже спрыгнул на траву Ивашов.

— А кто его знает, товарищ младший лейтенант. Может, удастся своими силами починить, а может, и нет.