Зимние звезды

А я ком проглотить не могу, после того, что услышала, сижу как статуя и перевариваю.

- Васька, тебе там что, спину прихватило? — смеётся он надо мной. Тут я оживаю. Вот такого Артёма знаю. Уф, напугал, не нужно тебе быть таким душкой, а то моя нервная система подвисает от такого. Ошибку сразу же выдаёт.

- Пошли уже, — шепчу я и заканчиваю с сапогами. Надо будет купить зимние, а то опять в осенних, они с мехом, но тонким. Бедные мои угги пали смертью храбрых, под новогодней ёлкой.

- Пока, пап, — целую его в щеку и застёгиваю куртку.

- Сегодня не верну.

- Что?! - одновременно проговариваем мы с отцом.

Артём еле сдерживает улыбку и тут же исправляется.

- Шучу. К двенадцати будет дома. Просто обстановка такая, будто мы не развлекаться идём, а я её в плен взял.

Отец начинает улыбаться и машет осуждающе на него пальцем. А потом жмут друг другу руки, и мы, наконец, выходим.

Всё же папа и правда доверяет Власову, думаю, кому-либо другому такую бы шутку не простил.

Вижу уже знакомую чёрную иномарку.

- Ты что в осенних сапогах? — смотрит на мои ноги и недовольно хмурит брови.

- Да, мои угги остались же под ёлкой.

Открывает мне дверь у пассажирского сидения спереди.

- Они что единственные у тебя?

- Ну, да. А ты запланировал свидание на улице? — всё же надо было уточниться у него.

- Нет. Но так не пойдёт. Садись.

Стоит Власову обойти машину и сесть за руль, как я задаю вопрос. Как-то не сидится мне спокойно.

- И куда ты меня отвезёшь? — кладу сумочку себе на колени и начинаю перебирать в пальцах лямку от сумки.

- Подслушивала? — смотря только на дорогу, задаёт вопрос он почти ничего не выражающим лицом.

- Ты о чём?

Знаю о чем он, но мне сейчас легче дурочкой прикинуться, чем говорить правду и начинать этот разговор, я абсолютно не готова.

- Эльф, ты, конечно, вредина, но не дура. Ты слышала, что я ответил твоему отцу, ведь так? Поэтому так нервничаешь?

Выдаю я себя, конечно, с головой. Кусаю губы, не могу унять руки и всё это заметил кошмар. Но меня теперь напрягает другое, почему его лицо ничего не выражает? Словно статуя передо мной. Тоже переживает, он часто так закрывается о то всех. Только это сейчас сильно напрягает.

- Да, слышала, — сдаюсь я.

- И теперь гадаешь, сказал я правду или соврал?

Ещё бы слышать всю фразу.

- Я не всё слышала, лишь пару слов, — аккуратно говорю, но смотрю на него. Не могу не смотреть, я хочу реакцию увидеть. А он всё ещё такой же холодный и в отличие от меня, смотрит чисто на дорогу.

- Видимо, самые важные, — наконец хмыкает он. - Хочет услышать всю фразу?

Спрашивает и, наконец, смотрит на меня мельком.

- Нет, — быстро проговариваю и отворачиваюсь.

- Трусиха, — прилетает мне от него."

"Блин, да, я трушу. Ну не готова я пока всё это услышать. Я тут смериться пытаюсь, что ты мне нравишься.