Зимние звезды

- Я приеду к восьми часам. Можем поговорить, если вы согласны. И я пригласил Василису на свидание, надеюсь, вы не против.

Всё? В обморок падать уже можно? Или ты ещё что-нибудь сказанёшь? А я тут уже трупиком валяться буду, падать то некуда будет, папу отвлекать от шока.

Теперь смотрю на отца. Он и правда растерялся и, похоже, не знает, что сказать.

- Знаешь, Артём, я немного всё же был не готов, что мою дочь, вот так у меня...

Пытается подобрать слова, но, видимо, приличных не осталось.

Вот это ты, конечно, даёшь, чудовище. Ну ладно со мной, прёшь напролом, но с папой. Страха вообще нет?

- Олег! Мы ещё не закончили и смыться в очередную командировку у тебя не выйдет! — выходит из кухни разъярённая тёть Оксана и кричит на весь коридор и подъезд. Кажется, у бабы Маши, сегодня невиданная распродажа на новости. Не удивлюсь, если в глазок опять подглядывает.

Но тут ее хватает Юля и уговаривает зайти снова на кухню. Кажется, кто-то не рад, что сестра сегодня здесь.

Отец вздыхает, и видно, что ему тоже стыдно перед Артёмом, как и мне.

- Хорошо, Артём, приезжай. И я не против. Похоже, мой Василёк вырос, а я и не заметил. — уже тепло улыбается ему.

У меня щёки пылать начинают.

А лицо Артёма, наоборот, ничего не выражает, кажется, что он закрыл на замок все чувства, знаю его такого и уже понимаю, что он так прячет своё беспокойство. Он кивает и жмёт на прощание руку.

А потом переводит взгляд на меня.

- Напиши мне.

И уходит. Уф, одно хорошо, больше ничего провокационного этот кошмар не сказал. Хотя, по-моему, уже всё, что мог, выложил.

Дверь наконец-то закрывается, возвращая меня в настоящий мой мир. И я надеюсь с сегодняшнего дня он измениться. Жить как раньше, я точно не буду.

- Милая, посиди пока с Аней в комнате, пожалуйста. Я выпровожу лишние уши из нашего дома, а потом сядем и все вместе поговорим.

- Может, тебе всё же, помощь нужна? - обеспокоенно спрашиваю, заглядывая на кухню. Не хочу с этими женщинами его оставлять одного.

- Дочь, это я родитель, и я должен тебя оберегать, а не ты меня, - смеётся отец и треплет меня по волосам, как в детстве.

- Ну я тоже должна о тебе заботиться. Ты же мой любимый папа и единственный родной человек, - все, сейчас заплачу.

- Ты лучше по-другому заботься: кушать готовь или рубашки глядь, если хочется, что-то для меня сделать. Хотя — тяжело вздыхает он, — Похоже, ты уже кому-то другому это всё будешь делать, — и от чего-то в его глазах появляется грусть, что у меня сердце сжимается и я обнимаю его.

- Ну кому ещё я это буду делать? - бурчу в его грудь."

"- Своему настойчивому кавалеру, который решил наконец-то быка за рога брать, - смеётся он. - Я и раньше видел его интерес к тебе. Еще когда работал у Власовых, но думал, после школы это пройдёт. Мы с ним часто разговаривали.