Звездная Кровь

Он становился мной, занимал мое тело! Но одновременно стало легче, словно мне протянули руку, вырвав из тягучей сладкой дремы. Ощущение безопасности и доверия полностью рассеялось. Я снова был собран, готов к сопротивлению, и меня подпирала чужая воля. Неизмеримо мощная, подобная крепостной стене, в тени которой тонули и я сам, и все эти смешные люди. На долю мгновения я взглянул на трио землян чужими глазами: жалкие существа с едва тлеющим огоньком Восхождения, ничтожные и слабые, недалеко ушедшие от зверей и поэтому скорее сообразительные, чем разумные… Странная смесь чувств: так мог смотреть пленный землянин на покрытых шерстью австралопитеков, не знающих колеса и огня.

— Семя Великого Игг-Древа — огромный соблазн для них, не вздумай рассказывать о нем, — предупредил голос. — Восходящие не делятся такой удачей.

Вероника как будто ощутила мою внутреннюю борьбу и сдвинула брови:

— Почему вы замолчали, Сигурд? Вы что-то скрываете?

— Просто думаю, как рассказать лучше, — медленно произнес я, действительно подбирая слова, — Да, в логове найтволка я нашел еще кое-что. Там был скелет, а на нем — вот это.

Я положил перед ними стигмат, найденный в гробнице. Ни слова лжи не прозвучало. Зато снова вспыхнуло уведомление:

Ваша Слава повышена на 1.

Трое людей замерли, глядя на мою находку. Гвоздь Вечности тускло мерцал на серебристой поверхности стола. Расчет был очень прост — стигмат ошеломит их и отвлечет от всего остального. К тому же это проявление лояльности с моей стороны. Вот только что будет с заданием Храма Вечности, которое завязано на мое имя? Кто получит награду?

— Вечности все равно, кто принесет в Храм гвоздь, — слегка презрительно промолвил голос. — Их жалкие награды не нужны истинным Восходящим.

— Вы знаете, что это, Сигурд? — медленно спросила Вероника.

— Да. Это стигмат Восходящего. Я видел такие у людей, которые меня нашли. И мне немного рассказали…

— Это очень ценная находка. Марк Кассиди не упомянул о ней в своем отчете. Почему вы не рассказали ему?

— Сначала было не этого, а потом я решил, что не стоит.

— Почему? Поняли его ценность?

— Э… нет. Просто произошел один… личный инцидент.

Афро засопел и грозно нахмурил брови. Вероника, не церемонясь, спросила:

— Какой?

— Мне не хотелось бы говорить об этом. Это личное и касается не только меня.