АН (цикл 11 книг) (СИ)

За столом, ломящимся от яств, Юрген пытался поддерживать беседу на русском, но было видно, что этому худощавому двухметровому мужику с обветренным лицом, явно не до светской трескотни.

Так что спустя сорок минут мы перебрались в отдельный зал, предназначенный для совещаний.

Каждое княжество на нашем собрании представлял один член княжеской семьи. За исключением трёх княжеств, от которых в зале присутствовало по два человека. От Выборга – Антон Иванович Троекуров и его наследник – Иван Антонович. От Казани – наследник великого князя Казанского и старший брат Юли – Игорь Евгеньевич Ромодановский, прибывший в сопровождении своего дяди – Тимура Кирилловича.

Княжича же Астраханского – моего друга Юрия Урусова, сопровождал глава вассального боярского рода Гавриил Фёдорович Толстошеев.

Таким образом, Казань и Астрахань на эту войну во главе своих ратей прислали молодых наследников, но проследили за тем, чтобы им помогали более опытные товарищи."

"В то время как Арвин, который по возрасту своего местного тела младше и Урусова, и Ромодановского прекрасно управлял бойцами своего княжества без всяких нянек.

- Что ж, господа, ни для кого не секрет, зачем мы здесь собрались, - на правах хозяина дома первым слово взял Троекуров-старший.

– Повод, увы, скорбный. Но наша с вами задача развеять эту скорбь. Отвести британскую угрозу от наших земель и помочь нашим северным союзникам защитить свои земли. С вашего позволения, без долгих предисловий я предлагаю начать. К сожалению, нам не так много известно о силе врага. Уверен, господину Лехтонену известно гораздо больше. Потому передаю ему слово.

Княжич Хельсинкский резко дёрнул головой влево, вправо и, убедившись, что никто не имеет возражений, кивнул, глядя в глаза князю Выборгскому.

- Благодарю, Антон Иванович. Также благодарю вас всех за то, что готовы помочь моей родине. Спасибо, - произнёс он на русском с акцентом и поклонился из положения сидя. Когда он поднял голову, то яростно сверкнул глазами и сжал кулаки. – Но, признаюсь, меня берёт злость оттого, что наше великое королевство приходится защищать другим странам. Я прошу простить меня за эту злость. Конечно, она направлена не на вас. А на мерзких британцев, франко-испанцев и… на нас самих и на нашу беспомощность, - он раздражённо хлопнул ладонью по столу.

– Простите… Идёт тринадцатый день войны, а мы уже потеряли контроль более, чем над третью наших территорий. И атаковали нас, как вам, наверное, известно не имперские армии, а частные! От этого вдвойне больнее. Я уверен, мы бы смогли с ними справиться, если бы… Если бы не странные обстоятельства.

Он снова сжал кулаки и зажмурился. Выдохнув, Юрген плавно повёл головой из стороны в сторону. А затем посмотрел на нас затуманенным взглядом.