АН (цикл 11 книг) (СИ)

А ты уверен, что твои верные прихвостни смогут стоять спокойно после этого?!

Мгновенно позади сарнита, прямо перед пятью космодесантниками, зашедших к нему в тыл, выросли толстые ледяные колья.

Мгновенье...

И животы моих бойцов пронзены насквозь вместе с доспехами.

В этот же миг сам сарнит выпустил из себя во все стороны тёмно-зелёный дым, скрывший от наших глаз и Бекингема и короля.

Этот дым начал резко подниматься вверх, оставляя под собой ледяной столб.

Всё? Понял, что дальше тянуть время опасно и хочешь сбежать?

— Ярый, Валера, за мной! — крикнул я, рванув следом.

Глава 11

Сарнит-сеятель — британский лорд Джон Бекингем, принял свою истинную форму. Обратившись в девятиметрового богомола с человеческим торсом, покрытый хитином, он прыгал, отталкиваясь, то от толстых стволов деревьев, которые, не выдерживая такого обращения, с треском ломались, то от земли.

В правой клешне он сжимал тело Его Величества Бьёрна Инглинга. Сжимал очень плотно, впившись зубчиками на клешне в беззащитную плоть.

На землю по пути следования сарнита капала кровь короля.

Я с Кумаровским и Ярым не мог настичь эту тварь!

Да... расстояние медленно, но верно сокращалось, однако не настолько быстро, как хотелось бы. Мерзкий сарнит выпускал ледяные искорки, заряженные рахной. Эта странная вязкая техника тормозила нас. Пусть со стороны казалось, что мы продирались через неё, будто бы без усилий для себя — это было не так. Двигатели космодоспехов гудели, мы тратили наши энергии, но разогнаться больше ста километров в час не могли.

И все же мы постепенно были все ближе и ближе к своей цели. Правда, я чуть оторвался от товарищей, вырвавшись вперёд.

Эх... так он быстрее до своих приспешников доберётся, чем мы короля отобьём.

— Хватит думать о последствиях! — выкрикнул я в микрофон шлема. — Ярый, Валера. Икс-два.

После активации двухсот процентной мощности внутри космодоспеха мгновенно стало жарко. Я слышал, как неистово заревели двигатели, радуясь увеличенному сверх нормы впрыску тайгия.

Отключив микрофон, я позволил себе издать сдавленный стон.

Альтера привычно оставляла микроразрывы внутри моего тела.

Привычно? Форкх меня дери, вот до чего перерождение в тщедушного хлюпика привело — к такой гадости привык.

Я усмехнулся про себя.

К Форкху боль.

Главное, что я заметно ускорился и почти настиг врага.

— Давай, когти, — отдал я очередную голосовую команду своему космодоспеху и выпрямил пальцы на обеих руках.