АН (цикл 11 книг) (СИ)

Но он не успел!

Без колебаний я расцепил треугольник из пальцев, отпуская контроль над техникой, и отпрыгнул в сторону. Полностью уйти из зоны поражения огненного потока мне не удалось. Но это мне и не было нужно! Главное — я сместился из эпицентра и смог немного подкорректировать концентрацию облака альтеры — отсеял лишнее, изменил его местоположение.

Теперь облако было сосредоточено только вокруг нас с Холецким.

А значит, все его техники теперь заметно ослаблены.

По моему телу пронёсся целый табун золотых молний. Не от Ауры, но от атрибута. Сплетаясь друг с другом, они моментально создали полный стихийный доспех, давший мне дополнительную защиту и скорость.

Зрители с трибун видели, что огненный поток Холецкого ни капли не навредил моему стихийному доспеху. И это после того, как я одной техникой убил Мастера.

С этой мыслью я сократил расстояние до противника и, отбив в сторону его правый кулак, провёл мощный апперкот. Попал прямо в центр подбородка. Ещё и облако альтеры в очередной раз видоизменил, повысив концентрацию вокруг кулака.

Огненный шлем Холецкого треснул, вспыхнул и исчез наполовину — осталась только «шапка» на макушке и вокруг неё. Я видел изумление в глазах противника…

Нет, испуг и ужас в глазах предателя.

В тот миг он понял, что у двух Мастеров не было ни одного шанса против юного двадцатилетнего князя.

Холецкий отпрыгнул назад, разрывая дистанцию.

Я предполагал, что он поступит таким образом. Он не трус… Но ему страшно."

"Когда противник начал своё временное бегство, я шагнул вперёд, перенёс вес тела на левую ногу, через миг начал отрывать правую…

Форкх меня дери! Мой первый бой при зрителях под собственным именем (подпольный турнир «Главы прайда» не берём в расчёт) закончился как раз похожим ударом.

И вот мой первый «Суд поединком» …

Моя пятка врезалась в висок Холецкому. Импульс жи́вы и сконцентрированная альтера пробили покров, а вслед за ним и голову предателя.

«Суд» закончился. В глазах местных Боги моими руками и ногами в очередной раз подтвердили, что предавать господина грех.

* * *

— Ух ты!!! Это было великолепно, братишка! Восхитительно! Поразительно! — чуть ли не подпрыгивала от восторга Яна. Её, как и других членов моей семьи, проводили ко мне в подтрибунное помещение, когда я привёл себя в порядок и переоделся.

— Спасибо, — хмыкнул я.

— Нет… Ну это ж надо же! — не унималась моя сестричка с горящими глазами. — Двух Мастеров! Так быстро! Без ран и мучений! Да ещё и в двадцать лет! С ума сойти!

— Это в самом деле выдающееся достижение, — пробубнил Боря. Вместе с Глебом он присоединился к Оболенским, чтобы наблюдать мой поединок с лучших мест. Волновались братья.

— Ты смотрелся отлично, Аск! — хлопнул меня по плечу Глеб.

— Ага, особенно когда вышел без рубашки.