АН (цикл 11 книг) (СИ)

— Стало быть, вам помогали представители благородного сословия? — тут же зацепилась за мои недомолвки девушка.

— Да, мне помогали мои друзья из «Алой Мудрости». И не только они, — про то, что по одной из «легенд» я тренировался с Антоном — дворецким и Слугой Морозовых, мы с Катей и так уже упоминали публично, так что скрывать факт подобных тренировок бессмысленно.

— А кто ещё?

— Увы, я хотел бы обойтись без имён.

— Стало быть, вы связаны с каким-то аристократическим родом и считать вас обычным простолюдином нельзя? — нашлась репортёрша.

— Не стану скрывать, вы отчасти правы, — кивнул я.

 — И всё же я познакомился с представителями этого рода, будучи простолюдином. Именно простолюдином я сейчас и остаюсь.

— Ходят слухи, что вам предлагали стать Слугой одного рода, но вы отказались от этого предложения. Скажите, это тоже правда?

— Да, — коротко ответил я.

— И позвольте узнать, почему же вы отказались от этой чести?

— В тот момент я посчитал себя недостойным, — улыбнулся я. — А сейчас… я стремлюсь к большему.

— Вы желаете стать аристократом?

— Да. И законы нашей империи допускают такую возможность.

Для этого необходимо много трудиться, тренироваться и учиться. И я рад, что смог поступить в «Алую Мудрость». Обучение здесь мне многое даёт. И что самое главное — любой простолюдин может поступить в наш лицей. Нужно лишь всего лишь сдать вступительный тест.

— Он считается одним из самых сложных, — заметила девушка.

— И тут мы возвращаемся к тому, что я сказал вначале. Нужно много трудиться, и тогда для тебя откроются новые пути.

— Кстати о труде и «Алой Мудрости». Насколько я слышала, прошлая чемпионка лицея и Юго-Востока Москвы, младшая княжна Выборгская, тоже много трудилась, чтобы в этом году пройти дальше в финальном этапе.

Однако вы её одолели, чем потрясли всю общественность, хоть немного увлекающуюся всеимперским бойцовским турниром. Расскажите, с какими чувствами вы выходили на тот бой? Неужели не боялись сильной чемпионки?

— Нет, не боялся, — я отрицательно покачал головой. — Однако я бесконечно уважаю Софью Антоновну. Среди всех тех, с кем мне довелось сражаться на этом турнире, она — сильнейший воин. И я говорю не только о её даре, но и о её несгибаемой воле к победе.

— Достойные слова, — кивнула репортёрша. — И всё же, вы упомянули о силе. Мы с вами уже поговори о ваших учителях, но зрители жаждут узнать побольше о вашей собственной силе. Расскажите, Аскольд Игоревич, когда вы поняли, что внутри вас скрыт сильный дар?

— Хм, просто в один момент я будто очнулся ото сна, — усмехнулся я. — Раз, и всё — я знаю, что могу сражаться, — серьёзно проговорил я, глядя прямо в объектив камеры. У меня мелькнула мысль ещё и Форкха помянуть.