АН (цикл 11 книг) (СИ)

Полтора часа назад они объявили нам официальную войну. А значит, по закону через два с половиной часа они вправе начать военные действия.

Хм… после звонка Филиппа я что-то подобное себе и представлял.

— Ты предлагал сражаться против них вместе, — продолжил глава рода. — Мы согласны. После победы ты, как и обсуждали ранее, получишь лесодобывающее предприятие Андориных.

— Прошу прощения, Илларион Маркович, но я предлагал вам быть атакующей стороной в этом конфликте. Подгадать момент, возможно, когда один из Мастеров Андориных будет отсутствовать в Москве.

— Да, Аскольд, — перебил меня Волков-старший.

 — Так и было. Но я уже сказал, что ситуация сложилась иным образом. Мы хотели выбрать подходящий момент. По нашим сведениям брат Аркадия Андорина — Андрей, один из Мастеров рода, должен был в ближайшее время отправиться с деловым визитом в Петроград. Но, увы, войну они объявили раньше, и Андрей Андорин так никуда и не улетел.

— Позвольте узнать, Илларион Маркович, к чему такая спешка? Что их подтолкнуло?

Глава Волковых поморщился, как будто укусил что-то кислое.

— Пропал сын Аркадия — Николай Андорин.

Слышал что-нибудь об этом?

— Нет, — я изобразил лёгкую растерянность.

— Теперь слышишь. Так вот, вчера Аркадий звонил мне с истерикой, обвиняя нас в том, что мы причастны к исчезновению его сына. Мы этого не делали, — твёрдо произнёс Илларион. — О чём я сообщил Андорину. Он пообещал нас вывести на чистую воду… А сегодня объявил войну.

— И официальная причина войны — исчезновения Николая? — уточнил я.

— Нет, конечно, Аскольд. Официальная причина: «непреодолимые противоречия», — глава Волковых пытался говорить спокойно и уверенно, но его тон не мог меня обмануть.

— Я понял, в какой вы оказались ситуации, — задумчиво протянул я.

Ну вот, Андорины сделали неправильные выводы… Должно быть, заметили активизацию разведки Волковых, вот и сложили два плюс два, получив при этом пять. Фактически Волковы и так были на грани неравной для них войны с Андориными, а благодаря моей встрече с сарнитом эта грань стёрлась.

Четыре пар глаз выжидательно смотрели на меня. А я что? Изображаю философскую задумчивость.

А на самом деле размышляю, как поступить. Я, конечно, помогу Волковым в этом конфликте.

Но теперь легко соглашаться нельзя — таковы правила аристократической игры. Хоть я по местным меркам и простолюдин, но стремлюсь стать аристократом, а значит нельзя позволять себя «прогнуть». Ведь условия, в которых разворачивается конфликт, сильно поменялись.

— Аскольд, ну так чего скажешь? — первым из Волковых не выдержал самый младший. — Ты с нами?

— Один момент, — ответил я Филиппу и снова посмотрел на его отца. — Илларион Маркович, пусть всё пошло не по плану, но моей вины в этом нет.