АН (цикл 11 книг) (СИ)

Как только я распахнул дверь, ко мне бросилась тётя:

— Здравствуй, Аскольд! Как ты? Отдохнул?

Морозовы смотрели на эту картину одобрительно. Братья терпеливо стояли сбоку.

— Да, тётушка, — я крепко обнял её. — Рад вас видеть. Платье на тебе сидит обалденно. Парни, новые костюмы вам тоже очень идут.

— Привет, Аск, — Боря пожал мне руку. — Ждём от тебя сегодня только победы.

— Так ведь и будет, верно? — Глеб излучал уверенность.

— А то, — усмехнулся я.

— Аскольд, мы тоже верим в твою победу, — патетично произнёс Никита Морозов.

— Сегодня вся империя будет говорить о тебе, — улыбнулась Катя.

В этот момент в блок вошли Софья, Алиса и Ирина Александровна с помощницей (они отлучались по организаторским делам), и начался привычный и затянутый обмен любезностями.

Когда мы все расселись на многочисленных диванах, служанки подали чай. Было забавно наблюдать, как Боря пытается есть вкуснейшие пирожные и при этом не выглядеть голодным зверем.

В общем-то, у него получилось. А тётя с Глебом и вовсе проявили неведомо откуда взявшиеся аристократические манеры.

Тренируются, что ли, в свободное время?

Чтобы разрядить обстановку, многоопытная боярыня Морозова завела разговор о недавней кинопремьере.

Все знали, что единственные из посторонних, кто потревожит меня до боёв, будут репортёры.

А значит, меня снова покажут по телевизору.

Глава 27

— Аскольд Игоревич, нашим зрителям очень хотелось бы узнать, что чувствует юноша из непривилегированного сословия, дойдя до полуфинала всеимперского бойцовского турнира? — задала очередной вопрос репортёрша.

— Удовлетворение, — я улыбнулся. — Но ещё не полное. Моя цель — выиграть турнир, как я уже не раз говорил.

— Однако последний раз представитель непривилегированного сословия побеждал в финале сорок семь лет назад. Вы настолько уверены в своих силах?

— Иначе я и не стал бы участвовать даже в отборочных боях.

В этот момент дверь распахнулась, и в блок вошли мои одноклассники — Влад с Инной, Вася с Машей, Юля и Яна. Алиса грозно посмотрела на них и приложила палец к губам, а затем жестами стала показывать, чтобы они шли к остальной моей группе поддержки на диваны.

"— Удивительная сила духа, — не обратив внимания на вновь прибывших, кивнула репортёрша. — Но насколько мне известно, вас уже нельзя в полной мере считать рядовым представителем непривилегированного сословия.

Эх, как же она толерантно избегает слова «простолюдин»…

— Отчего же? — я пожал плечами. — Мои родители были простолюдинами, и я простолюдин.

— Однако вас поддерживают очень благородные люди.