АН (цикл 11 книг) (СИ)

 — В следующую субботу, тринадцатого февраля, в «Кремлёвском военном университете» будет проходить день открытых дверей. Как правило, мы настоятельно рекомендуем посещать подобные мероприятия ученикам третьего курса. Но и ученикам первых двух курсов тоже будет полезно познакомиться с главным учебным военным заведением страны. Особенно если кто-то из вас подумывает о карьере военного. К тому же в этом году двое ваших одноклассников получили именные пригласительные на день открытый дверей. Аскольд Игоревич, Артём Вениаминович, разумеется, я говорю о вас, о призёрах всеимперского бойцовского турнира.

После этих слов классрук торжественно вручил нам с Арвином красивые запечатанные конверты.

Через несколько две минуты прозвенел звонок, и Арефьев ушёл.

Когда мы после первого урока собрались привычной компанией на «любимой» лавочке в коридоре, Влад полюбопытствовал:

— Ну, пойдёте на день открытых дверей?

Мы с Арвином переглянулись.

— Думаю, сходить стоит, — пожал я плечами.

— Очень интересно, как там всё обустроено, — добавил Арвин.

— Но ты ведь не собирался туда поступать? — тут же возразила Юля, с укором взглянув на моего друга.

— Но посмотреть-то никто не запрещает. Напротив, приглашают, — хмыкнул княжич Новочеркасский и повернулся ко мне. — Кстати, может, и Петя Шереметев там будет?

— О, этот точно вряд ли пропустит такое событие, — я припомнил, как сильно незаконнорождённый сын генерал-губернатора Петербурга жаждет поступить на «Золотой курс». — Хотя, может, он уже бывал там в прошлом году?

— Ну, так нужно позвонить и узнать. А заодно и напомнить ему о тренировочном лагере.

— Это да, — покивал я."

"Мы с Арвином не забросили идею собрать сильных молодых бойцов для совместных тренировок.

— Ну а ты, Аскольд, не надумал поступать на Золотой курс? — Инна смотрела на меня вопросительно. Она, как обычно, сидела на лавочке с левого края и то и дело упиралась плечом в бок стоящему рядом Владу.

— Так и я и не отказываюсь же.

— Но ведь и не соглашаешься, — хмыкнул Беляков.

— Думаю я, думаю, — ответил я, для наглядности почесав затылок.

А в этот момент в голове всплыли слова великой княгини Тверской о том, что не только благодаря Канцлеру я могу стать аристократом. Оболенская-старшая не стала скрывать, что в курсе моих «тайных» дел. А заодно показала, что и другие птицы высокого полёта, которым я могу быть интересен, тоже, скорее всего, в курсе, что на мартовской комиссии будет решаться перевести меня в следующее сословие или нет.

Но всё же мне самому вслух пока не стоит об этом говорить.